Тайная миссия Кутузова

А ведь именно Московский университет, в подтверждение вышесказанного, всегда и являлся рассадником все сильнее опутывающей Россию по рукам и ногам тайной организации, которая имела власть убивать или свергать неугодных ей императоров, подпитывала все впоследствии образовывающиеся антирусские партии, чем, в конечном итоге, и довела нашу страну до ее нынешнего состояния.

«При Екатерине русское общество к принятию масонского учения было подготовлено в предшествующие царствования, начиная с Петра I, и с тех пор все делается по трафарету.

Профессора открывают борьбу за “свободу научного исследования” с духовным и светским деспотизмом, то есть с церковью и государством, несут проповедь новой религии и морали по образцам западноевропейского мистицизма и, наконец, увлекают своих питомцев в царство грез и мечтаний о переустройстве всей жизни на земле и превращении ее в цветущий сад, в царство всеобщей любви, в царство Астреи» [225] (с. 185).

И впереди всех стоит имя Ломоносова – эдакого «дивного светоча» от вышеуказанной «науки».

То есть масонской алхимии.

Вот какими заслугами перед большевиками, что выясняется, этот Михайло, якобы выходец из народа, в их интерпретации чуть ли ни крестьянский сын, снискал себе популярность!

А ведь именно они его нам из забвения и вынули, от толстого слоя пыли, осевшего на его памяти после смерти царя-демократа, пооттряхнули, да так раскрасиво его кипучую деятельность порасписали, что это всплывшее его масонство с «широкими связями» приводит просто в недоумение.

И вот где большевики пробалтываются, ставя рекламирование его деятельности в свою выдающуюся заслугу:

«В XIX веке глубокий смысл деятельности Ломоносова перестал быть непосредственно понятным, о нем стали забывать, и только Великая Октябрьская социалистическая революция… вновь пробудила особое внимание… к Ломоносову. В результате огромной, напряженной работы ученых… за советские годы творческий образ Ломоносова раскрылся с поразительной полнотой.

На этой основе стало, наконец, возможным… раскрыть его значение для нашей науки…» [140] (с. 5–6).

Так что ж он для клики, захватившей в нашей стране власть, такого уж больно особенного понаваял, что они его уж с таким усердием из забвения извлекли, от двухвековой пыли поотдраили да нам на обозрение и выставили?

Он, как выясняется:

«…высоко поднял знамя материалистического учения…» [140] (с. 8).