Рассказы о Великой Отечественной

И ещё раз повторю: если бы не чёткое планирование, нам бы не выдержать немецкого удара…

– Евгений Яковлевич, это точка зрения ветерана войны, отдавшего службе в вооружённых силах много лет, прошедшего путь до генеральского звания. Но тогда, в сорок первом, вы были молодым командиром и видели начало войны и другим взглядом, в другом ракурсе.

– Да, начало военного пути для меня было трудным и страшным. Под Вязьмой четыре наши армии попали в «мешок», в окружение. Это было 3 октября сорок первого, когда немцы начали генеральное наступление на Москву.

Этот момент подробно описан и в художественной, и в мемуарной литературе, поэтому о ситуации говорить не буду. Но вот ощущение беспомощности, полного разброда отчётливо помню. Войска потеряли управление, и каждый действовал, кто во что горазд. Да и лично мы все были деморализованы, подавлены…

И вот какой-то полковник, даже не знаю фамилию его, собрал нас, всех командиров, кто был поблизости: кто хочет сегодня прорываться?

Захотели все.

– Собираемся в таком-то часу там-то…

И вот в этом месте собралось нас… Ну, несколько тысяч, наверно, было! Построили нас в цепи, как для психической атаки, офицерам, каждому, в том числе и мне, дали по сто человек – наша зона ответственности. Предупредили о правилах игры: справа и слева нас будут сопровождать счетверённые зенитные пулемёты с трассирующими пулями. Они будут указывать направление и границы участка прорыва. И вот в этом коридоре надлежало двигаться, строго в этих рамках.

Эту ночную сумасшедшую атаку не забуду никогда. Мы двигались автоматически, сознание отключилось, да и какое сознание, когда ночь, вспышки кругом, понять что-то трудно. Видишь только перед собой несколько метров, бежишь, идёшь с непрерывным криком «ура!» или просто криком, рядом падают люди, но надо идти, останавливаться нельзя. Первая линия. Один немец. Второй немец. Идём, кричим. Вторая линия. Немцы. Стреляем. Идём. Кричим. Сбоку где-то трассы идут, значит, не сбились, не оторвались от своих…

И вот когда уже, казалось, всё было кончено, что уже прошли, напоролись на танковую засаду.

Уже перед рассветом было. Там деревня была, и они за деревней нас встретили и начали расстреливать. Там канавка была. Я залёг было, а потом выглянул и тут же получил такой силы удар, что сразу отключился. Это уже потом я понял, что их снаряд 35-миллиметровый коснулся, срикошетил об мою каску и взорвался через долю секунды уже над моей спиной.