Группа крови на плече. Смерти вопреки

 – Поедем на электричке – эти сейчас два счетчика сдерут.

Выяснилось, что три. Стоило мне поднять руку, как ближайшая мигнула зеленым огоньком, сменив его на красный, и подкатила к нам. Из машины вылез грузин в кепке-аэродроме:

– Дарагой, домчу с красавицей вмиг. Но сам панимаешь… – водила показал три пальца.

Вот и разъяснилась история с вереницей такси у башни. Они тут кассу делают и на карман себе работают.

– Поехали! – махнул рукой я. – Не разорюсь.

– Ну ты гусар, – засмеялась Яна, усаживаясь в «Волгу».

 – Будьте добры, нам сначала до Вишняков, что в Балашихе, а там я подскажу.

– А разве ты сейчас не домой? – с удивлением спросил я. Конечно, я не знал домашнего адреса Алидиных, но был точно уверен, что тот имеет номер дома как минимум.

– Нет, сегодня мы ночуем на даче.

Хорошо все-таки ехать по ночной Москве рядом с красивой девушкой. Редкие по меркам моего времени огни уличного освещения аккуратно обрисовывали контур Яны, затем били вспышкой, освещая салон целиком, и тут же оставляли видимым только силуэт.

Яна сидела, прижав к себе пионы, и, чуть отвернувшись, делала вид, что смотрит в окно. Вдруг ее ладонь, скрытая в темноте от водителя, накрыла мою. Легонько перебирая пальчиками, словно играя какую-то мелодию, Яна совершенно однозначно выражала свое отношение к прошедшему свиданию. Нет, я иногда, конечно, еще тот тугодум, но тут-то все ясно, не так ли?

Поцеловать или нет? Я глянул на грузина – тот был сосредоточен на дороге. Башня, шампанское… Прокатит. Положил руку на коленку девушке и быстро поцеловал в губы.

Яна сначала напряглась, а потом сама подалась вперед, на китель посыпались лепестки пионов.

* * *

Нет, не так я представлял себе генеральские дачи. Где высоченный забор с колючкой и как минимум пара овчарок, рвущихся с цепи и роняющих из пасти слюну? Вышки с автоматчиками? У ворот стояло несколько черных «Волг», к нам направились двое коротко стриженных парней в костюмах. Но заметив Яну, помахали ей рукой, мол, проходите.

Протиснувшись через створки калитки, выскочил белый пуделек.

Неубедительно тявкнул на меня пару раз и начала ластиться к Яне, подпрыгивая и пытаясь опереться передними лапами на ее ногу.

– Альфред, ну перестань! Ты меня позоришь… – наклонившись, Яна подхватила песеля на руки и повернулась ко мне.

– Вообще-то это мамина собака, я больше кошек люблю, – девушка, улыбнувшись, оглянулась, – но Муська нас не вышла встречать, так что, пожалуйста, довольствуйся Альфредом.