Иван на войне. По запискам лейтенанта. Серия «Русская доля»

Иван, в отличие от только что прибывшего штабного капитана, знал, что на прежнем направлении путь преграждает, во-первых, снежный вал, во-вторых, обнаружена группа укрывшихся, предположительно вражеских, солдат в белых маскировочных халатах. Все имеющие данные Иван сообщил капитану:

– На расстоянии примерно километра мною замечены предположительно войска неприятеля. Ведут себя тихо и скрытно, все в маскхалатах. Похоже – немцы. Да и кто это может быть, если не вражеская разведка?

– Да нет, лейтенант! Скорее всего это наши из полковой разведки, им недавно как раз такие белые маскхалаты выдали, – объяснил капитан.

 – Что стушевался лейтенант?! Недавно на фронте? Здесь главное не бздеть! – подбодрил он Животова, разглядывая обнаруженные объекты и окрестности в бинокль.

– Интуиция, товарищ капитан, шестое чувство такое, враги это? – Иван передёрнул затвор ППШ.

– Какое ещё чувство, мистика, не будьте суеверным лейтенант… За мной! – негромко скомандовал капитан Животову, на всякий случай достав браунинг из кобуры.

Иван махнул остальным, чтобы наоборот остановились и ждали, а сам поспешил за капитаном. Тут капитан повернулся к группе разведчиков и скомандовал:

– Группа, ко мне! Бегом марш!

Когда разведчики догнали капитана, все двинулись дальше. Как только вся группа приблизилась на расстояние пистолетного выстрела к тому месту, где она должна была повернуть за снежный вал, все немного снизили темп и в конце концов совсем остановились.

«За поворотом скорее всего немцы! Там смерть!» – сработала тревога в голове у Животова и он машинально приготовился отпрыгнуть в сторону с линии огня, и даже уже выбрал сугроб, в который будет падать.

– Стой! Там немцы! – вполголоса скомандовал Иван то ли всей группе, то ли и капитану в том числе.

Разведчики оглянулись, они уже и так стояли на месте. Продолжал движение только капитан, который несмотря на свою уверенность, всё же передёрнул затвор браунинга и поднял его на уровне груди.

Пройдя вперед ещё шагов десять, он первым завернул за снежный вал. Какое-то время его не было. Наконец с другой стороны снежного вала раздалась немецкая команда:

– Группэ форвардс!… Фоя! – и сразу раздалась автоматная очередь.

Животов прыгнул в сугроб на заранее выбранную, более менее защищённую на почти чистой опушке леса, позицию. Тут показался капитан, периодически поворачиваясь и отстреливаясь, бежал назад к группе.