Иван на войне. По запискам лейтенанта. Серия «Русская доля»

Раскрасневшиеся лица, развязная жестикуляция и обилие специфических цензурных и нецензурных слов и выражений свидетельствовали о магическом действии, произведенным отнюдь не горячим чаем, а явно чем то ещё, гораздо более горячим.

– А, господа офицеры! Прошу, к нашему шалашу! Угощайтесь чем бог послал! – приветливо встретил вошедших старший лейтенант Сан Саныч Соловьев, который похоже уже не первый час обмывал освобождение города Гатчины со своим неразлучным адъютантом младшим лейтенантом Николаем Тутышкиным.

– Здравия желаю, товарищи офицеры! – завязал разговор Животов. – Только вот чтобы Саша Соловьев, так горячо агитировал за стакан чая, такого что-то не припомню.

Александр Соловьев был привлекательный блондин с русыми волосами и бесцветными бровями. Слегка вытянутый нос, тонкие энергичные губы и маленькие, серые, прятавшиеся в улыбку, глаза создавали впечатление компанейского весельчака и парня не промах. Двойная портупея обтягивала его тонкий стан.

Соловьев любил шутки, розыгрыши и имел привычку держать собеседника за рукав, иногда подергивая его, если слушатель был невнимателен к его рассказам. Так и теперь, ухватив за рукав подошедшего к столику Животова и потянув его вниз к себе, Соловьёв усадил Ивана на соседнее свободное место. Затем, приблизившись к нему, тоном заговорщика, негромко произнес:

– Рядом, Ваня, в магазине, что в доме напротив. продают одеколон.

– Ну и что? – непонимающе равнодушно ответил Животов, – ты ни его ли случаем распиваешь?

– Слушай дальше, не мельтеши, Ваня, – продолжал Соловьев, подергивая Ивана за рукав, – пойди и спроси у продавщицы с прискорбным видом жаждущего алкоголика, так: мне, скажи, двести грамм особого, так и подчеркни – особого, мол.

Тебе нальют из другой бутыли, там спирт. Понял?

– Чего тут не понять! Всё яснее ясного, я пошёл, – повеселел и быстро удалился Животов…

…Вскоре Иван вернулся с четвертинкой спирта в кармане.

– Ну как? – поинтересовался Соловьев.

– Порядок, – ответил Животов, усаживаясь и ставя четвертинку на стол.

– Убери покуда, а то закуску и стаканы не подадут, – оглянулся Сан Саныч и увидев Клаву, сделал ей какой-то свой условный жест.

Через пять минут Клава принесла четыре стакана чая в металлических подстаканниках и четыре булочки с павидлом.

– Давно вы здесь? – спросил Иван, разливая спирт по стаканам.

– Часа полтора примерно.