Отрицательно настроенный элемент

Теперь он смотрел на Долганова не просто с любопытством, а вполне осмысленно и определённо. Казалось, его интерес к Долганову, до сего момента не вполне понятный ему самому, наконец обрёл ясные очертания.

– А я это… почитать люблю… – заявил Василий с таинственностью в голосе.

Долганов безучастно покачал головой.

– Серьёзные книги читаю… – выразительно добавил Василий.

Долганов вновь никак не отреагировал. Выдержав паузу, Василий осторожно спросил:

– А у тебя… нет ли чего почитать?

– А что тебя интересует? – вяло спросил Долганов, не глядя на собеседника.

– Ну мне такое… посерьёзнее…

– Посерьёзнее… Ну а тематика-то какая?

Василий остановился и, устремив мечтательный взгляд куда-то вдаль, ответил, торжественно понизив голос:

– Про то, какой жизнь быть должна…

– А-а-а… Ну тогда могу порекомендовать собрание сочинений Ленина. Там как раз про это.

Василий обиженно надулся.

– Ты, может, думаешь, я неграмотный какой?

Взяв Долганова за плечо, Василий притянул его к себе и тихо шепнул ему на ухо:

– Я Авторханова читал.

«Технологию власти».

Долганов потрясённо замер.

– Зачем тебе это?

– Учение писать хочу… чтоб каждый мужик понять мог… А то у этих больно мудрёно… Кто не учивши, тот и не разберёт. Я разобрал тока потому, что воля у меня к этому… Вот я и хочу написать так, чтоб каждый мужик права свои понял…

Долганов глядел на Василия серьёзно, с некоторой тревогой, как на маленького ребёнка, схватившего в руки спички.

– Какие права ты собираешься разъяснять и зачем?

Василий удивлённо выкатил глаза.

– Как это зачем?! Адвокатом работал, а ещё спрашиваешь! Когда прав своих не знаешь, так вот оно и выходит…

– Что выходит?

Не зная, с чего начать, Василий призывно поглядел по сторонам, словно ища поддержки у каких-то незримых союзников.

– Да вот хоть это… – с некоторым усилием начал он, пытаясь собраться с мыслями. – Обещали одно, а на деле вышло другое… Когда нас на завод нанимали, говорили, в городе снабжение… А какое тут снабжение? Очереди полкилометра.

Говорили, квартиры дадут через пять лет. Уж три раза по пять лет прошло, а нас всё гоняют: начальник цеха – в профсоюз, профсоюз – к директору, директор – в отдел учёта, а в отделе учёта только руками разводят…

Из-за угла барака, стоящего справа, прогулочной походкой вышли Гошка с Власом, оба невысокие, крепкого сложения. Казалось, в чертах лица тоже было какое-то сходство. Нередко их принимали за братьев.