Когда вода обращается золотом

Длинноногие стройные лошади роют копытом пыльную землю, и их глаза кажутся мне такими добрыми, как у всех лошадей. Оси колесницы блестят на ослепительном солнце. Еще мгновение – и поводья натянуты, толпа в страхе расступается, но мне их не жалко.

Стук копыт отзывается особенно громко в моей голове, когда мы несемся сквозь золотой город по широкой дороге, где всё чаще попадаются рощи цветущих деревьев и финиковых пальм, и останавливаемся только у светлого двухэтажного дома, где слуги берут под уздцы лошадей.

Внутри дома – странный приятный запах благовоний, звуки воды, звонкие голоса служанок. Одна из них, высокая черноволосая смуглая женщина, подошла к нам. Она была старше всех и одета, скорее, как госпожа. Её весёлые чёрные глаза смотрели с нескрываемым детским любопытством. Глядя на неё я подумала о маме, лицо которой я теперь с трудом могла вспомнить.

Человек с синими глазами, всё это время не выпускавший моё дрожащее тело, наконец развернул меня к себе.

– Всё будет хорошо.

Я задрожала и… не смогла ответить. Неужели я забыла своё собственное имя?

Охвативший меня ужас, должно быть, отразился у меня лице.

– Ладно… Зелье забвения было, кажется, слишком сильным. Не мучай себя – вспомнишь чуть позже. А меня зовут Арн, я – предсказатель. Это – Рами, она позаботится о тебе.

Он подозвал её, и женщина подошла ближе. Она приветливо мне улыбнулась, и вскоре я оказалась целиком и полностью в её власти.

Незаметно наступил вечер, а за ним и ночь, и всё было не так уж и плохо. Но один вопрос так и продолжал мучить меня все сильнее… Когда же этот странный кошмарный сон уже наконец закончится?

Глава 2. Зачем я здесь.

Солнце золотило стены и пол моей комнаты, его косые лучи пробивались сквозь прозрачные занавески. В утренней тишине были слышны голоса неизвестных мне птиц, перелетавших с ветки на ветку в зарослях неизвестных мне цветущих растений.

Сам воздух казался мне чужим, слишком жарким, слишком сухим, наполненным духом пустыни, даже несмотря на сад за окном.

Проведя рукой по холодной ткани простыни, я села. Босые ноги коснулись каменного пола. Я всё ещё жива.

Странное платье на мне из невесомого прозрачного льна было совсем не похоже на привычную ночную тунику, но подобного кроя одежду здесь носили все женщины.