Чаща

Как хотелось ароматного мыла и чистой одежды где-то далеко отсюда в теплом помещении. Пора было об этом забыть. Порой так сложно принимать новую действительность, особенно когда хочется лучшей жизни, особенно когда ожидания на жизнь сильно диссонируют с тем, что сейчас происходит вокруг. Я растерянно вертела зайца в руках, не в силах решиться приступить к одной из самых омерзительных процедур, о которой только могла помыслить.

– Что ж, дружок, совсем недурно, – бормотала я. – Спасибо тебе, и прости меня.

Внутри все сжалось, и я почувствовала, как по стенкам желудка забегали мурашки.

Убийство есть убийство, даже ради собственного спасения. Отнимать жизнь всегда тяжело, если в тебе осталась хоть капля человечности.

Я собрала запасы и подсушенные на костре вещи в мешок, уничтожила последние следы своего пребывания под склоном и устроилась на еще горячем камне на ночлег. Над головой среди деревьев мерцали все те же звезды. Тревога внутри понемногу отступала, но в широких складках необъятного плаща рука крепко сжимала нож.

Сон, наполненный метаниями и угрызениями совести, прервал моросящий на рассвете дождь. Нужно было быстро скрыться в лесу и двигаться вдоль течения реки так долго, насколько позволит дождь. Потом, если он не закончится, возвращаться в чащу.

Я собрала заранее подготовленные вещи и отправилась в путь. Холодные капли облепили лицо, в носу появилась вода, сопровождаемая раздражающим шмыганьем, которое никогда не поддается контролю в такую погоду. Идти пришлось быстро, как можно дальше от места ночлега, пока не зарядил сильный дождь.

Летние грозы переживались намного легче, однажды даже удалось спрятаться в буреломе под ветками ели. Тогда мне очень повезло, что поблизости не было медведей, а ночные грозы обходили стороной, так что прятаться от ливней приходилось только днем. Летом тепло, и одежда сохнет сама по себе, а теперь наступало время, к которому я не была готова, и необходимо было придумать, где раздобыть еще одежды. Это значило, что рано или поздно мне придется вернуться к деревням, а пока стоит умерить фантазии и довольствоваться сухими листьями в ботинках, спасая ноги от холода.

Полдня без перерыва я шла под мелким дождем, брезентовый плащ напитался влагой и тяжело начал давить на плечи. Я свернула обратно в гущу леса: смертельная усталость брала свое, вся одежда отсырела, листья в ботинках уже перестали удерживать пронизывающий холод. Мне был необходим отдых, и пришло время подсушить вещи.