Столб словесного огня. Стихотворения и поэмы. Материалы архива Л. Леончини. Том 2

И потому алтарь Господень,

Где раздается плотский вой

Циничного познанья своден,

Он очищает бечевой!

18 февраля

Феодосия

Голубой пир

I

Сегодня опять благосклонно

Роняют вокруг чудеса

Мечты голубые затоны,

Зовущие вдаль небеса.

Сегодня опять в небосклоны

Воздушный кузов корабля

Уносит на юте «Беллоны»

На пир голубой короля.

Овечек едва лишь рожденных,

Кудрявых, атласных руна,

Из бледных кораллов кессоны,

Фестоны червонного льна,

Громадные, страстные груди

Красавиц в лазурной фате,

Жерла озлобленных орудий,

Мессии на алом кресте,

Колонн голубых канелюры,

Луга золотых орхидей,

Твердынь грозовых амбразуры

И радуги пестрых цепей, —

Державному нищему нужны

В очей ненасытливый трюм:

Без них он, калека недужный,

Как сокол в неволе, угрюм!

II

Вот, вот он, синий, синий, синий,

Слегка колышимый ковер,

Разостлан до незримых линий,

Что отуманивают взор!

Лишь слева пояс пурпуровый,

Из глины низкая коса,

Врывается стрелой суровой

В лазоревые чудеса,

Да в синей чаше серебристой

Струей влюбленная камса

Кипит и блещет, как монисто,

Как лунной пряжи полоса,

И серебристая чуларка

Фонтаном плещется вокруг,

Но ни одна рыбачья барка

Не простирает смертный круг.

Зато, о Боже, снег крылатый,

Вихрясь на миллионах крыл,

Оставил синие палаты

И всё подоблачье покрыл;

Зато, о Боже, покрывало

Легло на свежую лазурь

И мерно в волнах колыхалось,

Как незастывшая глазурь;

Зато, о Боже, диадемы

Ты обронил из чайных роз,

Цветочной пылию Эдема

Покрылся голубой наркоз!

III

Нет, не покрывало Божье

И не блестки диадем,

Не снежинки синю ложу

Попадаются в ярем:

То крылатой, хищной братьи

Распростерлись тенета,

То последнее объятье

Пред потерей живота.

Острокрылые могилки,

Двухклинковый ятаган,

Альционы, звонокрылки,

Черноперистый баклан

Завихрились, запрудили

Бирюзовы небеса

Бриллиантовою пылью,

Как метелиц волоса.