Авианосцы адмирала Колчака

Зная, что мощные, но тяжелые дредноутные линкоры эскадры не разовьют более девятнадцати узлов, хоть котлы взрывай, командующий понимал, что от боя ему не уйти – русские и британские броненосцы и крейсера способны на гораздо большую скорость. Значит – только вперед, пройти вражескую эскадру насквозь, причинив им потери и повреждения, сберечь как можно больше кораблей и дотянуть до условно союзной Турции. Судовая радиостанция разнесла по эскадре приказы. Хорти решил пожертвовать «Гебеном», который заслонил бы флагмана с правого борта, оставляя ему равные шансы против русских линкоров.

Уцелевшие крейсера получат потом другую задачу – ускориться и отработать иные цели. Да и «Гебен» – отнюдь не легкая добыча.

На пяти милях от противника «Императрица Мария» заложила левую циркуляцию, открывая сектор стрельбы для всех четырех башен главного калибра, расположенных по диаметральной плоскости корпуса. Мощные двенадцатидюймовые орудия, по три в каждой башне, приняли первые снаряды и большие цилиндры с пороховой начинкой, а смертоносные хоботы поползли вверх, примеряясь к дальности.

Александр Васильевич больше не вмешивался в действия капитана, наблюдая суету на мостике даже несколько отстраненно. Зазвучали десятки команд. В устройства управления стрельбой вносились цифры – дистанция, углы… То же самое творилось на «Екатерине», увалившейся вправо.

Когда загрохотали пушки, Колчак несколько обрадовался даже, что корректируется стрельба одного линкора.

Двенадцать громадных фонтанов воды вздыбились перед «Гебеном». Ударь одновременно батареи другого корабля, и понять, где чье, корректируя прицел, стало бы совершенно затруднительно.

Непрестанно неслись доклады радистов, принимавших рапорты летнабов. С трех-четырех миль видны попадания и недолеты. С мостика брызги перелетов не разглядеть – они скрыты за трубами и мачтами австрийцев.

«Гебен» ответил, после чего сам попал под накрытие. «Мария» выровняла курс, сзади к общему оркестру присоединил свой голос «Александр III».

Германский броненосный крейсер покрылся черными клубами пожаров, но не прекратил ответную стрельбу. И тут «Мария» приняла сразу два попадания.

Ужасное ощущение. Словно гигантский молот лупит по остову, встряхивая его куда сильнее, нежели отдача от залпа. Стальной настил мостика вздрагивает от разрыва снаряда где-то в глубине трюма, в заброневом пространстве, после которого начинается тревожное ожидание.