Караван уходит в Чиру

Александр Андреевич, облаченный в парадный генеральский мундир, на правах хозяина потчевал столичного гостя:

– Осетринки нашей уральской отведайте, Николай Павлович. Поверьте, не пожалеете. Уральского осетра ни с каким другим на вкус невозможно спутать. Отменная у нас тут рыбалка…

Говоря это, генерал сделал широкий жест рукой в сторону окон, выходивших на реку. Вид отсюда открывался действительно чудесный: под лучами майского солнца полноводный Урал блистал лазурно-серебристыми искрами, а за рекой, куда только хватало глаз, раскинулась цветущая степь с редкими изумрудными кружевами перелесков.

И эта красота плавно перетекала в уютный бельведер, украшенный золоченой лепниной, выгодно выделявшей развешенные по стенам картины, восточные ковры и азиатские кинжалы различных размеров и форм.

– Здешние места богаты не только рыбой – продолжал Катенин, поглаживая свои роскошные усы – Сей край богатейший не в пример старушке Европе…

Про Европу губернатор сказал неслучайно. Он, впрочем, как и сидевший рядом Григорьев, знал, Игнатьев недавно вернулся из Лондона, где исправлял обязанности военного атташе.

И исправлял, наверное, недурно. Не зря же император наградил его орденом Святого Владимира четвертой степени. А ведь ему всего-то двадцать шесть… Не каждому такое дано…

– Да уж, господа, Европа сама по себе бедна – Игнатьев промокнул губы накрахмаленной салфеткой – Но живет она и богатеет за счет колоний своих и монопольной торговли. Наших купцов там не ждут. Да, русское они любят, но лишь в виде сырья для своих фабрик и заводов… Ну, не пускают нас на запад, пойдем на восток.

Разговор постепенно перешел к главной теме – русскому посольству в среднеазиатские ханства. Решение о его необходимости император с подачи Горчакова принял еще осенью. Все это время велась тщательная подготовка сложного во всех отношениях мероприятия. Разрабатывался маршрут далекого путешествия, в правительственных кабинетах согласовывались кандидатуры тех, кто должен был войти в состав посольства.

Караван, которому предстояло отправиться через степь в Хиву и Бухару, формировался и комплектовался в Оренбурге. И генерал-губернатор держал этот вопрос под личным контролем. На пограничную комиссию возлагались снабжение посольства оперативной информацией, разработка и проведение специальных мероприятий в степи, которые могли обезопасить посольство и сделать его успешным.

Кандидатуру посла утвердил лично Александр II. Игнатьеву он симпатизировал.