Цирк повелителя зверей

А благодаря лагерному опыту и разговорам, подслушанным в цирке и на планетах, где она побывала, девушка неплохо представляла себе, какие обстоятельства могут сопутствовать тем или иным событиям. Дней через пять разговор о ее происхождении получил неожиданное продолжение.

– Логан говорил, что ты с Ковара? – спросил Брэд Куэйд, дружелюбно глядя на нее. Он не договорил, однако Ларис поняла, что тот имеет в виду: она была совсем не похожа на коварских поселенцев. По большей части они происходили из азиатских стран старой Земли.

– Можно выразиться и так, – повторила сказанное Логану Ларис. – Хотя на самом деле я не помню, где родилась. Дедран удочерил меня на Коваре, взяв из лагеря беженцев Де-Пьялл. Я много лет провела в лагерях, и это был последний из них. Последние два года, которые запомнились мне лучше других, я провела именно там, так что, наверное, могу считать Ковар своей родиной.

– А что-нибудь до Ковара ты помнишь? – поинтересовался Брэд.

– Почти ничего, – ответила Ларис и задумчиво оперлась подбородком на кулаки.

 – Я была на корабле вместе с другими. Я никого не знала. Мне было лет восемь или девять. Мы приземлились на Мериле, и я провела там, наверное, года два. А до того я была еще в каком-то лагере. На Эрмейне, кажется. Тот лагерь, где я была до этого, тоже назывался Де-Пьялл. Возможно, это было на Йохале. Тогда еще была жива моя мать. Мне, наверное, было года четыре или пять.

Сторм поднял голову:

– А что случилось с твоей матерью?

– Умерла, – коротко ответила Ларис. – Перед этим она болела.

Я думаю, в том лагере многие умирали. В течение некоторого времени обо мне заботилась какая-то женщина. Но когда нас решили перевезти, она оказалась на другом корабле.

– Ты можешь не говорить об этом, если тебя это расстраивает.

Девушка покачала головой:

– Это все было давно. Теперь меня это не волнует.

– Ну, если так, что ты помнишь о своей матери? Как называли ее другие люди, когда разговаривали с ней? Она тебе никогда не рассказывала о том, где вы жили раньше? – Брэд подался вперед.

 – Может быть, ты помнишь имена, какие-то слова, которые не имеют отношения к тем местам, где ты бывала потом?

Ларис попыталась вспомнить те времена, от которых в ее памяти ничего не осталось. Тогда ее, наверное, любили и берегли. Вероятно, у нее была своя семья… Но нет, в глубинах памяти было по-прежнему темно и пусто.

– Наверное, я болела одновременно с матерью. Я ничего о ней не помню. Ни имен, ни лиц. Иногда мне вроде бы что-то снится.