Цирк повелителя зверей

Но не всегда, далеко не всегда. Когда они начали путешествовать, в труппе часто появлялись люди, которые готовы были на все, лишь бы смыться со своей планеты. Дедран соглашался довезти их до следующей планеты. Ко времени прибытия туда они должны были отрепетировать какой-нибудь опасный трюк. А по прибытии на новую планету Дедран заставлял их выступать по два раза в день. Большинство из них гибли или оставались калеками, а цирк улетал на очередную планету.

Однако дело того стоило. Ведь многие зрители приходили в цирк в надежде увидеть, как кто-нибудь погибнет.

Дедран брал спешивших покинуть свой мир бедолаг на работу без жалованья до тех пор, пока они не покажут себя. На звездолете всегда было двое-трое таких, которые сознательно рисковали жизнями, чтобы отработать перелет. За четыре года бо?льшая часть состава цирка сменилась. Некоторые ушли из-за того, что не желали терпеть тумаки Дедрана. У Ларис выбора не было, но Дедран бил ее не так уж часто, кормил хорошо, одевал прилично. Девушка подросла и оформилась, но, поскольку актеры и работники постоянно сменялись, настоящими друзьями она так и не обзавелась.

Ларис знала только одного человека, который пробыл здесь дольше ее. Он-то как раз и подошел к ней сейчас:

– Мы его потеряли?

Он потыкал ногой костенеющую тушу.

– Разумеется, – ответила она ровным тоном. – Он был слишком сильно покалечен, чтобы выжить.

– Ага. Жаль. Он был нам нужен.

Ни он, ни она ничего больше не добавили, и все же оба понимали, что травма, нанесенная зверю, была не только физической.

Грегар вытащил из кармана флягу и отхлебнул. До Ларис донесся аромат апельсинов. Она ничего не сказала. Если Грегар хочет травиться апельсиновкой – его дело. Дедрану, похоже, наплевать. Ведь, несмотря на то что Грегар пил – причем изрядно, – он оставался нем как могила.

Как-то раз Ларис попыталась его разговорить. Прошло несколько месяцев с тех пор, как она стала работать у Дедрана. Наблюдая за Грегаром, Ларис догадалась, что он учился работать с животными. Она спросила его об этом, и он посмотрел на нее с такой яростью и болью, что девочка никогда больше его ни о чем не спрашивала.

Но все эти годы она наблюдала за ним и размышляла. На первый взгляд он не слишком-то любил животных, не гладил их и не говорил с ними, и все же, судя по всему, понимал, о чем они думают, знал, как звери поведут себя в той или иной ситуации. И умел обучать их делать вещи, которые казались невозможными.

Он дрессировал многих животных, работавших в цирке.