Диверсант из рода Нетшиных

Через час можно будет спокойно начать, через два – кончить.

– Так и сделаем, Конрад. Так и сделаем…

ГЛАВА 4

За пять дней до намечавшейся великой свадьбы Федора и Вайвы Пелюша остановился ближе к ночи на большом постоялом дворе практически в виду Кенигсбергского замка. Время было позднее, ворота наверняка уже закрыли, рисковать было незачем, да и кошель у Сквайбутиса весил все еще прилично. Пока хозяин неспешно собирал на стол – неугомонная Юманте опять заказала так понравившееся ей в Новогрудке темное пиво из последнего в Земгалии урожая ячменя, – князек успел перемолвиться с Зундисом Сапегой о важном.

И вот сейчас, когда Янек впервые повторно наполнял чаши Пелюши и Юманте, за стол в дальний угол трапезной проскользнул невысокий скромно одетый человек. Хозяин взглядом подтвердил, что это тот, кого рассчитывал найти Сквайбутис. «Герцог литовский» поманил к себе Сапегу (ну и придумают же жмудины такую клятую фамилию!) и уточнил:

– Тот ли это, о ком ты мне сказывал?

– Да, господин.

Этот тот самый Вайдотас из настоящих Кайну-Раугис. Он, как и все они, вещает по соли и по пиву. К нему могут обратиться все желающие, на моей памяти он никому не отказал.

По пути к Кенингсбергу Пелюше удалось вызнать у бортниковой дочки, кем оказались его обидчики. Юманте, как выяснилось, была в курсе абсолютно всех дел, что невозбранно творились как в самом Новогрудке, так и в его окрестностях, ближних и дальних. Первым в лоб князьку залепил Вебра Клаусгайла, дальний родственник того самого Йонаса Кейсгайлы, что выдавал на пышной летней ярмарке свою дочь Вайву замуж за Федора, сына Полоцкого князя.

Второй тоже был жмудином.

План мести сложился в голове Сквайбутиса мгновенно: надо лестью ли, каким ли другим подкупом уговорить немцев ударить по торжеству и наказать наконец эту клятую жмудь! А там, глядишь, может и в Ордене поймут, насколько полезен может оказаться крестоносцам Пелюша в освоении земель не только коренных прусских, но и тех, где издавна обитали жемайты.

А так-то и до Полоцка, а то и до самого Смоленска тевтонцы смогут дотянуться.

Как награждает папа Римский своих верных слуг (в подлинном устройстве отношений между католической церковью и учрежденными с ее помощью Орденами князек разбирался плохо; вернее говоря, совсем не разбирался), Пелюша где-то от кого-то когда-то слышал. И услышанное ему понравилось. И Сквайбутису тоже хотелось оказаться в числе причастных к успехам крестоносцев.