Хроники Рассвета. Игра началась

Правда, натянутая на идею Аврона получилась весьма реалистичной.

– Отшельников до сих пор много по лесам да пещерам сидит, – покивал Ижерон. – Мне кажется порой, что собери их вместе – целая бригада получится.

Я поразмыслил над словами «на вес золота» и спросил, переведя тему:

– Что еще сейчас ценится?

– Люди, прежде всего. Специалисты. Ученые. Люди с руками. Оружейники. Шахтеры. Все ценятся.

– А из вещей? Чем можно торговать? Мы бы тоже были не против наладить связи.

– У вас еще кто-то есть? – уточнил Ижерон.

– Нас только двое.

– Тогда забудьте. Просто забудьте и занимайтесь своими делами. Было бы вас человек десять – да, тогда понимаю. А пока что…

Я сделал еще одну пометку в тетради. Не меньше десяти жителей, чтобы начать торговлю. А потом пролистнул несколько страниц и увидел блок со множеством маленьких меток.

Вероятно, это достижения, которые я получал. Да, за все, что я делал в первый раз. За веревки, стирку, первую находку. Я даже в голос фыркнул, когда прочитал, что за победу над дикой собакой дается достижение «спаситель горожан».

При чем тут горожане, если дикая собака вообще не появлялась в городе.

Торговец обернулся и увидел у меня в руках тетрадь:

– Дневник? Заметки нужно вести, иначе потеряешься в делах.

Он и сам не понял, какую важную тему подсказал мне.

– А как здесь обстоят дела с деньгами?

– Здесь? – переспросил Ижерон Кантийский. – А ты не отсюда разве?

– Мой друг, – вставил Аврон свои пять копеек, – потерял память.

Вероятно, упал с дерева, пока жил в лесу с Отшельником, – добавил он сразу же, чтобы связать мою ложь с его.

– Сочувствую. Хотя нет. Поздравляю! Значит, твоя голова избавилась от проблем, которые не хотели уходить иным образом. И ты хочешь снова забить ее очередной порцией информации?

– Да, хочу, – подтвердил я, не заметив иронии. – Но это важно для меня. Если мы строимся и взаимодействуем с другими деревнями, вероятно, деньги пригодятся.

– Сомневаюсь, что они у вас будут, ребятки, – покачал головой Ижерон.

 – Деньги сейчас есть только в крупных деревнях. А в мелких – бартер. И ничего больше. Я привезу дрова. Обменяю их на шкуры, скорее всего. Наверняка успели забить корову или поросенка. Двинусь дальше, проведу обмен еще разок, а там уже и до денег доберусь, бить может. Поближе к Пакшену. В Мордин меня не пускают.

– Но все же! – продолжал настаивать я. – Я вообще не помню, как выглядят деньги.