Ventus tempore – Ветер времени. Семейная хроника

Гуго переводит с немецкого на русский язык и издает, внеся многочисленные авторские дополнения, книгу Ф. Перельса в двух томах «Современное морское международное право», часть 1-я – Состояние мира и часть 2-я – Состояние войны. Объем обоих томов составил более 1000 страниц. Переводчиком сего труда выполнена огромная работа, требующая профессиональных знаний, усидчивости и внимательности.

И в последующие годы Владимир Карлович продолжает частенько брать перо в руку. В 1892–1898 г. он являлся редактором ежемесячного журнала «Противопожарное дело», что фиксируется в адресных справочных книгах «Весь Петербург».

Там же под 1895 годом мы находим упоминание о Владимире Карловиче, как об активном члене «Высочайше утвержденного Общества Содействия Российской Промышленности и Торговле». Его интерес к развитию отечественной промышленности и сельского хозяйства воплощается в ряде статей на экономические темы.

Общественное положение и благополучие Гуго-Владимиру, однако принесла не служба, а удачный (счастливый?) брак.

Здесь нужно отметить, что по единогласному свидетельству всех родственников, встречавшихся с братьями, оба слыли красавцами (по фотографиям Владимира Карловича и его брата Юлия Карловича несмотря на то, что последний изображен на ней уже в пожилом возрасте, можно заключить, что, по крайней мере, братья обладали весьма недурной внешностью). Между тем в сословном мире девятнадцатого века хорошая внешность значила немного, если родословная или состояние отсутствовали. У братьев Лилиенфельдт за душой не было ни гроша, ни имения, да и родословная была сомнительная. Фантазия представляла мне нашего красивого, образованного, но бедного героя, влюбляющего в себя юную «принцессу», но проза жизни оказалась совсем иной. В конце 1880-х годов 34-летний Гуго Карлович Лилиенфельдт, единственным источником благосостояния которого было скромное жалование поручика, был представлен в Санкт-Петербурге уже немолодой девице Марии Владимировне Лукиной. Мария Владимировна была ровесницей Гуго. Родителями ее были помещик Пензенской губернии, отставной поручик Владимир Петрович Лукин (1817–1885) и его законная жена Наталия Андреевна Лукина. Владимир Петрович к тому времени уже умер, оставив дочери значительное состояние в виде обширных пахотных и пастбищных земель в трех уездах Пензенское губернии. Мы не знаем, была ли хороша собой невеста. Скорее всего – нет. Иначе бы не засиделась «в девках» до 33 лет.