Сталинград.Том шестой. Этот день победы

– Говори, сука! Кому служишь? Кем завербован, гад? Когда?! Кто содействовал попасть в Кремль!

– Отвечайте, – спокойно добавил генерал-лейтенант Власик, сложив на груди длинные руки. – Рекомендую. Сами понимаете, капитан, вы проиграли. Вам лучше во всём признаться. Причём немедленно. Согласитесь, глупо умирать мучительно и долго, когда можно легко и быстро. Это лучше…когда быстро.

Генерал личной охраны Сталина, обращался к Кучменёву на «вы», при этом узкие-ломкие губы его брезгливо выпячивались.

Было очевидно: он испытывал к фронтовому капитану сугубо временный служебный интерес, утолив который, больше никогда не вспомнит о нём, как о прошлогодней прихлопнутой мухе. Дознаватель-майор обращался на «ты», и в этом обращении было зудящее нетерпение, злость, тупая ненависть и лютая, по сути беспочвенная обида всех тыловых служб без исключения, на фронтовых командиров, с передовой, особенно с боевыми орденами-медалями на груди. Словом, клокотала-бурлила в нём плохо скрытая страсть оскорблённого человека, желавшего поквитаться.

– Говори, продажная тварь! – майор, закипая яростью, злым пузырящимся голосом рыкнул: – Говори, паскуда, пока я тебе язык клещами не вырвал. Обрезки…будешь давать показания!

Алексей пригнул голову, чуток прирассветил глаза, словно искал, откуда последует удар. Задержал взгляд на отутюженном, чисто выбритом Власике и тот, словно подтверждая угрозы майора, не повышая голоса, задал вопрос:

– Звание?.. Имя?.

.

– Капитан Кучменёв…– камнями упали слова. Собственное имя, произнесённое вслух, причиняло ему дополнительное страдание, словно палачи, завладевшие его телом, теперь, узнав его имя, приобрели над ним окончательную губительную власть.

– Воинская часть? Командир?..– генерал продолжил показательно раскручивать спираль допроса. – Откуда – куда? Всё по порядку, ну! – Там…у вас…в моих документах…всё есть… Так какого рожна…Зачем весь этот…балаган. Кому это всё нужно?

Кому-у? Или хотите…сделать из меня предателя? Врага народа?! Или козла отпущения?!

– Вот об этом и поговорим.

– Но я не предатель! Не враг наро-да-а!! Я…

– Молчать! Здесь вопросы задаю я. – Генерал с нарастающим гневом повторил вопрос. – Воинская часть? Командир!

Он затравленно молчал, дёргая кадыком, будто не расслышал слов, не понял, к кому обращён вопрос. Зыркая исподлобья заплывшими от кровавых синяков глазами.

– Здесь дураков нет, мразь.