Литерный А. Спектакль в императорском поезде

Согласен, и тысячу раз согласен с вами. Но что мы можем сделать? Что сделать сейчас? Я сам терпеть не могу этот сброд, этих прапорщиков запаса, этих местечковых недоучек… Вы понимаете… Советы! За шкирку бы их, за морду да в участок! Но мы должны пересидеть момент. Пока толпа не успокоилась. Вы не видели петроградскую толпу в ЭТИ дни, а я видел… Перетерпеть. Они выдохнутся, и всё уляжется. А мы должны опереться на армию, взять её крепко за узду, очистить от всякой нечисти справа и слева. Начать придётся справа.

Лучше сделать эти шаги добровольно, чем под принуждением. (Снова уверенность в голосе.) Нужно заменить Эверта, полная неспособность которого известна всем, начиная от вас и кончая последним солдатом. Следует подумать и о других заменах. Сахаров, Лечицкий, Литвинов, Леш… Кого вы видите в должности главковерха?

Алексеев. Признаюсь, мне трудно ответить на ваш вопрос. Я думал, но, кроме его высочества, я не нашёл имени, которое бы встретило более или менее единодушную поддержку командующих войсками.

Гучков. Понимаю… В Петрограде многие хотят Брусилова.

Алексеев. В случае назначения Брусилова Верховным главнокомандующим я вынужден буду немедленно подать в отставку. И, возможно, не я один.

Гучков. Понимаю и это. Но и вы поймите меня. Брусилова проталкивает Родзянко. Старый спрут упустил власть третьего марта и теперь тянет щупальца к армии. Знаете, его родство и связи… Нам надо избавляться от друзей Родзянки. Я лично заинтересован в вас и надеюсь на взаимность.

Не вижу замены вам в должности наштаверха. А при некотором благоприятном стечении обстоятельств способствовал бы и продвижению вашему на ступень выше…

Алексеев. Благодарю, Александр Иванович.

Гучков. Вот и ладно. Об этом есть ещё время подумать. Теперь мне срочно необходимо ехать: по фронтам и в Петроград. О состоянии армии доложите мне письменно. (Встаёт, надевает шапку.) До свиданья.

Алексеев. Александр Иванович!

Гучков. Что ещё?

Алексеев.

Могу ли я спросить вас о дальнейшей судьбе государя?

Гучков. Это не моё дело. Пусть думает Милюков… и этот психопат Керенский. Желаю здравствовать. Я в вас заинтересован.

Алексеев. До свиданья.

Гучков. Не надо провожать. (У двери неожиданно останавливается.) Вы скоро и легко отречётесь от меня, Михаил Васильевич. Мы встретимся с вами в Екатеринодаре в августе будущего года, в отвратительной нечистоте и хаосе Гражданской войны.