Горькая вода

Фабиан не ответил, а мать не переставала причитать.

– Ты наверно проголодался. Ну приводи же себя в порядок, скоро подадут ужин.

– Ужинайте без меня. Я поел в деревне.

– Очень жаль, к отцу приехал лорд Марко Сабас. Будет невежливо если ты не спустишься поприветствовать. Но не беда я скажу, что тебе нездоровится.

Фабиана удивил приезд соседа не меньше, чем преувеличенно заискивающий тон матери. Он поднялся к себе и скинул мокрую одежду. Ему не терпелось увидеть Мириам. Она наверняка соскучилась, впрочем, как и он.

– Зачем к нам пожаловал Сабас? – спросил он камердинера.

Тот пожал плечами и отвел глаза, подбирая с пола мокрые вещи.

– Не темни. Тебе всегда больше всех известно, что происходит в замке.

– Марко Сабас приехал свататься к вашей сестре, – словно через силу признался тот.

Фабиан почувствовал, как внутренности ухнули вниз, будто проваливается в бездонную яму. Кровь в висках запульсировала, отдавая в ушах шумом волн.

– Подай мне сухую одежду.

Быстро!

– А как же ванна?

– Обойдусь.

Фабиан вошёл в столовую и обвел глазами присутствующих. Мать вела оживленную беседу с лордом Марко, отец весело им вторил, и лишь Мириам затравленно глядела в нетронутую тарелку с едой.

– Рад, что ты смог присоединиться, – сказал отец. – Ты же помнишь лорда Марко Сабаса?

Фабиан ответил легким кивком и занял свободное место рядом с матерью. Внутри клокотало от собственного бессилия. Родители решили выдать его Мириам замуж.

И за кого?! За старого жирного индюка. Фабиана разрывало, когда тот бросал на Мириам сальные взгляды. На неё же было больно смотреть. Она съежилась, будто пыталась исчезнуть. Кожа и без того бледная, казалась прозрачной, словно корка льда, тонкая и хрупкая. Глаза припухли, она явно плакала. Будь он на её месте, тоже непременно заплакал.

Фабиан не мог дождаться, когда эта буффонада закончится. Ему с усилием удавалось удерживать пар под крышкой. Заметив метания сына, Адалина накрыла его ладонь своей и лёгонько сжала.

– Дорогой, попробуй утку, сегодня её готовили по особому рецепту.

Он оставил жест без внимания и сделал вид, что увлечён овощами на тарелке.

С трудом высидев до окончания ужина, он последовал за отцом и Сабасом в малую гостиную. Он потягивал вино и наблюдал, как они заканчивают очередную партию в цитадель. Его беспокойство выдавили только напряжённые пальцы слишком сильно сжимавшие серебряный кубок.