Горькая вода

Он мотался по замку, обследуя те места, где по его разумению могла прятаться Мириам, расспрашивал слуг. Те пожимали плечами и виновато отводили глаза. Фабиан скрежетал зубами и сжимал кулаки от бессилия. Раздражение переплелось с тревогой, и когда в коридоре мелькнула фигура Адалины, забыв недавнюю ссору Фабиан двинулся за ней. Он настиг её, когда она собиралась закрыться в своих покоях.

– Мама, ты видела Мириам? Я не могу её найти.

– Я не слежу за ней.

Он грубо схватил мать за локоть, и та охнула то ли от боли, то ли от неожиданности.

– В часовне, грехи отмаливает, – ядовито выплюнула она, выдернула руку и скрылась за дверью своей комнаты.

Попеременно волна жара и холода прокатилась по телу, и Фабиан почувствовал, как во рту пересохло. Он поспешил к отцу в надежде на помощь.

Гаэль выслушал молча, не проявив ни единой эмоции, и это вызверило Фабиана окончательно.

– Её нигде нет, понимаешь!

– Возможно она прячется в замке, я прикажу хорошенько осмотреть каждый угол.

– Да нет же, она ушла в лес!

Гаэль посмотрел в окно и нахмурился.

Ночь опустилась тяжёлым пологом, ветер трепал кроны деревьев, сопровождая зловещим воем. Утихший на время дождь снова готов был пролиться в полную силу.

– Я пошлю десяток людей, но сомневаюсь, что её найдут при такой непогоде.

– Я сам её отыщу. Я знаю куда она могла отправиться. Отец позови капеллана, как вернёмся, проведём церемонию.

Фабиан вышел полный решимости. Он нашел её однажды, найдёт и снова.

***

Адалина желала остаться в одиночестве и никого не видеть, но нашла в прилегающей к спальне гостиной скучающего Дамиана.

Он сидел в кресле перед камином, вытянув ноги и лениво потягивал вино. Увидев кузину, он поднялся и поприветствовал.

– Сбежал из собственного поместья, чтобы побыть в тишине и покое. А вас тут весь дом на ушах. Что происходит? Я встретил Марко Сабаса, так он пронёсся мимо, словно за ним дикая свора гналась.

– Ах, Дамиан!

Она кинулась ему на шею и разразилась рыданиями.

– Ну перестань. Лучше расскажи, что здесь стряслось.

Он усадил Адалину в кресло, взял с низкого столика графин, до краёв наполнил свой кубок и протянул ей. Она проглотила вино практически залпом и начала подробный рассказ. Дамиан опёрся ладонью на каминную полку и слушал не перебивая. В свете пламени его лицо приобрело зловещий, пугающий вид. Глаза потемнели, а взгляд сделался острым как заточенный кинжал.

Закончив, они какое-то время молча пили.