Откровенно говоря…

Я понимаю, кому меня надо скомпрометировать, да и момент удобный, но я всей своей жизнью не заслужил этого. Об этом знают крутихинцы, хабарцы, чарышане, топчихинцы да и многие другие.

Подумайте глубже, ведь и на этот раз, даже после таких страшных событий, общество наше не объединилось, согласия не прибавилось, проблема неверия ни во что стоит на первом месте. Боюсь я не за себя, страшусь того, что потянется цепочка невинных жертв, а расправа уже началась. Этого нельзя допустить. Я не приемлю никакой конфронтации и считаю, что люди, если она люди, должны договариваться без крови.

Всех вас призываю – не делайте поспешных выводов, за каждым вашим решением судьба людей. И если мы со всех трибун провозгласили, что для нас человек – главное, то и действовать надо соответственно. В спешке и эмоциях можно наговорить много несправедливого. Иначе лидеры страны творят ошибки, а расплачиваются люди на местах.

Я могу понять демократов, но только в одном – что идет яростная борьба за власть, за властные структуры.

А здесь возможны все методы. Но не могу я понять тов. Жильцова, его жима на все структуры. Дал задание провести заседание совета директоров Барнаула, чтобы выразили мне недоверие, и пошли бы с делегацией с требованием моей отставки. Я же знаю их решение, они скажут. Да и есть уже у меня ультиматум такой группы депутатов. Неужели нельзя было бы об этом мне открыто сказать? Зачем разжигать страсти? Ведь 21 августа вы мне звонили из Москвы и сказали: «Держись, Алексей Антонович! Все мы правильно делали». А затем по радио, телевидению совсем другое. Так, когда же вы говорили правду?

В какое страшное время мы живем, волками смотрим друг на друга. Неужели это главные достижения демократии и плюрализма? Как жить, как уменьшить противостояние в обществе, как вселить веру в людей – вот о чем надо спорить и думать. А мы опять все ударились в политику, по-прежнему забываем экономику.

Ведь группа демократов дала даже телефоны, чтобы сообщали им, кто как себя вел, что говорил, а они будут передавать эту информацию прокурору.

Что, 37-й год хотим повторить? И это тоже наше нынешнее завоевание?

Мы сегодня очень громко кричим, кто прав, а кто неправ, а может быть, это тактика, чтобы перед кем-то оправдаться? Не знаю. Но то, что делаем и творим несправедливость – это совершенно ясно. Но это же опять амбиции, а не попытка разобраться.