Главред: Назад в СССР. Книга 2

– А если я все же дам этой полосе ход? – я посмотрел прямо в глаза Кларе Викентьевне.

– Тогда можете смело прощаться и с должностью, и с партбилетом. Без моей подписи статья в газету не пойдет.

И как быть? Спорить? С Громыхиной не имеет смысла – это не ее решение, и даже убеди я ее в чем-то, это ничего не изменит. Звонить Краюхину? Тем более глупо. Он видел финальный вариант статьи, читал все, что я нашел, но его это не убедило. Значит, все кончено, я сделал все, что мог…

Я развернулся и привидением прошагал мимо застывшей в недоумении Валечки, зашел в свой кабинет, уселся в кресло и бессильно уронил голову на руки.

– Все нормально, Жень? – встревоженно спросил Бульбаш и потряс меня за плечо.

– Все в норме, Виталий Николаевич, – я заставил себя улыбнуться. – Устал просто. Ты давай пока в цех иди, а я следом. Мне чуть посидеть нужно, в себя прийти. Скажи, что меняем полосу Мирбах на горячее расследование от Сони. Надеюсь, Марта Рудольфовна на меня не сильно обидится.

Бульбаш закивал, суетливо собрался и пошел к верстальщикам.

А я смотрел на изможденное лицо Павлика Садыкова по центру непринятой полосы и думал. Его все равно спасут, убеждал я себя. Он под присмотром грамотного врача, учителя Аглаи Ямпольской. Плюс о нем знают наша парторгша и первый секретарь райкома. Ему не дадут умереть. Ему помогут. Так зачем мне тогда рисковать своим будущим?

В голове пронеслись мои грандиозные ленинские планы. Развить газету, создать медиахолдинг, рулить медиаполитикой Андроповского и скоро опять Любгородского района.

Ничего этого не будет, если я упрусь рогом и пойду наперекор Краюхину и Громыхиной. А так… Павла спасут, а я продолжу развивать родной советский «принт», буду готовить его к новым временам. И никто не уйдет обиженным. Лучше пожертвовать пешкой, чем королем…

Бах!

Я так сильно ударил кулаком по столу, что в первые секунды испугался, будто получил перелом. На звук, заполошно цокая каблучками, прибежала секретарша Валечка, но я успокоил ее, сказав, что все в порядке.

Она покачала головой и скрылась в приемной.

Не смей, Кашеваров! Или Кротов, кто я сейчас больше, даже не знаю. Павел Садыков – не пешка. А ты – не король. Ты, Евгений, редактор районки, но прежде всего ты еще человек. Порядочный человек, а не крыса. Историю ликвидатора читатели должны узнать без прикрас. И не только историю, но и судьбу его самого, а заодно еще около ста восьмидесяти таких же Павликов из Андроповского района.