Рудольф. На основе реальных событий. Часть 2

– В 23-м Свияжском авиационном отряде, – Хорьков усмехнулся и приложил руку к фуражке, на которой в свете керосиновой лампы блеснула эмалью маленькая красная звездочка. – Летчик-наблюдатель Хорьков.

– 23-м Свияжском?.. – Рудольфу показалось, что пол под ним проваливается куда-то вниз. А может быть, это он сам взлетает вверх?..

– …который базируется на этом же аэродроме! – Хорьков расплылся в улыбке. – Ну что, Рудольф Михалыч, пойдешь к нам от этого вот летуна?

– Так точно, Сергей Гаврилович.

 – Рудольф, словно извиняясь, посмотрел на Радулова, а тот, улыбаясь, кивнул. – Пойду. И не чаял ведь в родную часть вернуться…

…Голову потихоньку отпускало. Рудольф, еще раз вздохнув, повернулся на бок и провалился в сон. Все хорошо, теперь все будет хорошо. Семерка к удаче, – мысль мелькнула, уносясь. И погасла.

– А ты его не застал, Ратауша. – Сергей Хорьков потянулся на лавке. – Роберт в отряд уже в Москве попал, мотористом. А осенью 1918-го его отправили в Казань, в летную школу.

Там теперь быстро учат – он, как видишь, уже летает.

– Думаешь, отпустят тебя учиться?

– Прошусь… – Хорьков тяжело вздохнул. – Уже совсем отпустили было, я же в Москве на «Вуазене» самостоятельно посадки делал. А теперь Начальник авиации армии товарищ Конкин, вишь, не отпускает. Говорит, пока других наблюдателей толковых нет, никак нельзя…

– Говоришь, прямо посадки самостоятельные делал?

– Да, только «Вуазен» тот был потрепанный.

И когда на восток из Москвы поехали, пришлось его оставить… – Сергей тяжело вздохнул.

– Много работали?

– Илья Сатунин в июле Ярославль бомбил. А мы по Казани много летали в июле и августе, с Первой советской авиагруппой.

– Читал, – Рудольф кивнул. – Только не знал, что это вы там летаете.

– С тех пор вот и прошусь, – Хорьков вздохнул, а потом ухмыльнулся. – Послушай, а ты ведь в Империалистическую войну летал наблюдателем?.

.

– Летал. – Сердце Рудольфа словно мощнее забилось. – Так что готов и здесь летать, ежели потребуется!

– Поговорим, – Хорьков серьезно кивнул. Помолчал, потом вздохнул и улыбнулся. – Ну вот, а Коля Цыганков в Гатчине учился, ровесник твой. Хороший летчик.

– А командир? Эрнест Бригге?

– Мужик он правильный, ты сам видел, – Хорьков вздохнул. – С посадкой слабовато у него. В Казани как минимум один «Вуазен» приложил.