Айсфилд

– Тут направо, – Корнелиус сверился с картой и повернул руль.

До пункта назначения было еще порядка четырёхсот километров, и детектив, не отрываясь, смотрел на дорогу. Он уже давно выехал из города и мог любоваться проносившимися мимо прекрасными природными пейзажами: полями, усыпанными снегом и заснеженными деревьями на самой их окраине.

Когда-то давным-давно на этих поля пастухи выводили пастись свои стада. Местами у самой дороги были проложены старинные, можно даже сказать древние, изгороди. Они предназначались для того, чтобы эти самые стада не покидали пределов своего поля.

– Всё-таки любопытно, откуда так резко появились эти самые бураны, – промелькнуло в голове Корнелиуса.

Машина плавно скользнула по шоссе меж деревьев, и далеко-далеко впереди показались горы-близнецы. Удивительно, но заходящее солнце высилось ровно между ними. Закат огнём полыхнул по деревьям и облакам, предвещая морозы и ветер. Детектив съежился, будто почувствовал холод, и включил печку на полную мощность.

Спустя двести километров, солнце коснулось подножия гор и начало плавно скрываться за ними. Небо приобрело ночные черты, и появились первые звезды.

Где-то вдалеке, в чаще леса, взлетела стая птиц и, покружив в небе, приземлилась обратно.

Детектив включил следующую запись, которую он нашел в списке радио записей, сделанных примерно два года назад: "Айс-Филд… Город среди гор-близнецов, словно город-призрак. Поблёкшие краски. Отрешённость от всего мира. Горожане, объединившись, пытаются спасти город от увядания и восстановить экономику, но вдохнуть в город жизнь под силу только туристам.

– Удивительно… Насколько же сильно они любят свой городок.

Солнце уже почти скрылось за горами. Всё вокруг погружалось в сон. Корнелиус крепче взялся за руль, и в конце концов, перестав различать дорогу, включил фары. Пронзительный свет разрезал ночную тьму. Он облегченно вздохнул и на секунду перевёл взгляд на карту.

Машина ехала плавно, незаметно проходя каждый необходимый поворот. Словно гипнотический маятник, с равной периодичностью проносились мимо фонари. Дорога успокаивала детектива, и он ощущал какое-то странное умиротворение. В его глазах слегка помутнело, и дорога начала понемножку двоиться. Корнелиус почувствовал, что засыпает.