Нэргуй Хот

Доцент испуганно присел, попытавшись вжаться между камнями и мощной хвостовой частью червя.

Шаги приближались, и теперь пещера была дополнительно освещена неземным зеленоватым светом. Из своего укрытия Вадим услышал, как профессор Туркин радостно зовет его:

– Вадик, мы спасены! Спасены!

Внезапно сознание парня будто пронзила молния. Крики профессора затихли, а в голове прозвучал тихий, но вместе с тем очень властный голос:

“Не бойтесь, пришельцы извне. Мы не причиним вам вреда.”

Нельзя сказать, что этот сигнал был хоть сколько-то убедительным, однако доцент, каждой клеткой своего тела, ощутил непреодолимое желание выйти наружу.

Безуспешно пытаясь сопротивляться ментальному давлению, он медленно встал на ноги и выбрался из-за олгой хорхоя. На небольшом пятачке того самого мистического света стояли четверо существ. Среднего роста, стройные их фигуры облегали коричневые балахоны и шафранные тоги. Лица подземных жителей были скрыты за белыми масками с одними лишь прорезями для глаз. Трое из них держали поднятыми над головами факелы, горевшие ровным, зеленым светом. “Говорил” же стоящий немного впереди, высокий абитриб.

“Прошу вас, удержитесь от криков. Мы, жители К`Наа, очень давно перешли на телепатическое общение, и наши органы слуха не приспособлены к громким звукам. Мы не разговариваем в привычном для вас понимании, а передаем мыслеобразы. Поэтому вы, чужеземцы, понимаете нас так же легко, как друг друга. Наши имена непроизносимы для вас. Но вы можете звать меня Эпиметей [в древнегреческой мифологии сын титана Иапета и Климены, брат Прометея.

В его честь был назван один из спутников Сатурна]. Прошу вас, пришельцы, пройдемте с нами. Вы, видимо, очень голодны и напуганы. Но бояться вам нечего, вы в безопасности и среди друзей.”

В руках у жителя подземелья появилась фляга из серебристого металла. Он протянул ее ученым:

“Утолите жажду, пришельцы. Наверное, вам пришлось пережить очень многое.”

Вадим выразительно посмотрел на Илью Ивановича, но споткнулся о его взгляд, в котором плескалось торжество.

Он, почему-то, в пояс поклонился абитрибам и прошептал:

– Друг мой, это победа! Мы нашли их!

Вода была чуть сладковатой и по вкусу напоминала чистейшую родниковую. Напившись, Коновалов почувствовал прилив сил и необычайную легкость. Почему-то доверять странным абитрибам хотелось все больше и больше.

Напившись, Илья Иванович снова поклонился и осторожным громким шепотом представился абитрибам. Вадим же промолчал.