«Необыкновенные похождения Аркадия из России». Том 3

Но самое главное, её угнетало то, что в её жизни не было СМЫСЛА. К коню её не водили, и жеребят у неё не было. Больше того – на всём заводе не было второй лошади, и ей совершенно не с кем было поговорить.

Нельзя сказать, что эту Лошадь утруждали и изматывали.

Вовсе нет! У неё даже складывалось ощущение, что таскание телеги было чем-то вроде физкультуры, для разминки, так сказать. То есть перемещение грузов из цеха в цех не было Целью её содержания. Она видела на территории массу грузовиков, в том числе серьёзные длинномерные КРАЗ-ы, и понимала, что откинь она копыта, её моментально заменили бы на них, перевозя всё на телегах с мотором.

Но тогда ЗАЧЕМ ОНА ТУТ?

Лошадь эта жила на заводе долго и со временем даже научилась читать

, считать и понимать человеческую речь. Достаточно было вознице скомандовать: – В 38-ой, Машенька! – как она весело катила телегу в 38-ой цех, причём, заметьте, по кратчайшему пути, избегая встреч с грузовиками и электрокарами, кранами и погрузчиками.

Если же возница командовал: – А теперь в литейный! – то Машка уверенно шла в 17-ый, причём, сразу к воротам.

Бывало и так, что её любимый конюх Иваныч засыпал.

Тогда Машка очень плавно, чтобы не разбудить Иваныча, везла телегу с ним обратно в конюшню, следя, чтобы никакое из колёс не попало в яму, а ноги Иваныча не задели какую-нибудь преграду. Дальше она останавливалась у дверей и терпеливо ждала когда Иваныч проснётся.

Молча.

Разумеется, что телегу Машка возила только по правой стороне, не выезжая на обочину, а перед объездом препятствия деловито поворачивала голову влево, чтобы убедиться в отсутствии помехи.

Говорить у неё не получалось, но она исправно отвечала на вопросы конюха киванием головы или мотанием её из стороны в сторону. Правда, никто не верил [конюху], что Машка понимает человеческую речь и тем более соблюдает ПДД. Считалось, что никаким умом она не обладала, а просто заучила дорогу, и теперь возница дурачит всех, подстраивая свои команды под следующий шаг, уже привычный для лошади.

То есть перед ними что-то вроде дрессированного крокодила, где на самом деле таец-дрессировщик выстраивает программу из расчёта на его примитивную двухбитную логику и мозг размером с горошину.

Машка слышала эти разговоры, но не находила способа возразить и как-то доказать свою грамотность.