Петля и камень в зеленой траве. Евангелие от палача

    Лев Разгон. Из вступительной статьи к роману «Петля и камень в зеленой траве»

То, что люди не знают обстоятельств, в которых происходит действие «Евангелия от палача», это не только никак не останавливает, а наоборот, подвигает. Потому что если они читают хорошую книгу… Если человек ее читает, он начинает понимать то, чего он не понимал и не знал. Он проникается пониманием той эпохи…

Хваткий не антисемит, не русофоб. Он – враг человечества… представитель той особой породы, которая не против евреев, русских или негров, – она против всех людей.

Люди этой породы – дьяволы, Сатана в человеческом обличье…

    Аркадий Вайнер

* * *

Петля и камень в зеленой траве

От авторов

Известно: у каждой книги своя судьба. И особый интерес вызывают судьбы нетривиальные.

Думается, роман «Петля и камень…» переживает именно такую, необычную судьбу.

Книга была задумана и написана в 1975–1977 годах, когда короткая хрущевская оттепель осталась далеко позади, – в самый разгар брежневского «застоя», в условиях, при которых строить какие бы то ни было политические прогнозы было, по крайней мере, авантюрным легкомыслием.

Все видели, к чему мы пришли; никто не мог сказать – куда мы идем.

Разгул всесильной административной машины, новый культ личности, океан демагогической лжи, в котором утонуло наше общество, нарастающая экономическая разруха, всеобщее бесправие – вот социальная и духовная атмосфера, в которой создавался и которую призван был воссоздать наш роман.

Задача казалась нереальной, тем более что авторы «умудрились» положить в его основу две самые запретные, самые острые, самые неприкасаемые «зоны»: беззаконную деятельность органов госбезопасности того периода и – «еврейский вопрос»! И притом взяли себе принципом описывать правду, одну только правду, ничего, кроме правды…

Роман, судя по всему, был заранее обречен.

Он и лежал «в столе» до поры, доступный лишь самым близким людям. С учетом печального опыта гроссмановской «Жизни и судьбы», сохранившейся просто чудом, авторы не показывали рукопись в редакциях, не хранили ее дома, а фотопленку с зашифрованным текстом укрыли в надежном месте, отклоняя лакомые предложения западных издателей, – это уже был горький урок Синявского и Даниэля.

Но рукописи не горят.

И приходит однажды их пора.

    Август 1989 года

    Москва

Часть первая

Подробности разгадки я не знаю,

Но, в общем, вероятно, это знак

грозящих государству потрясений.