Балтийцы (сборник)

Однако боцману удалось часть перлиня вытянуть на бак, остальное прихватить по борту к стойкам и шлюпбалкам.

– Молодцы! – тихо крикнул командир, едва двигая губами. Окоченевший, бледный, он стоял, не отрываясь от тумбы.

Когда миноносец лег на прежний курс, волна ударила под мостик и, продавив дверь под полубаком, залила носовой кубрик и смыла вахтенного начальника с орудийной площадки под полубак. Зацепившись за сломанную стойку рукавом, он повис над дверью, тщетно нащупывая ногами ступеньки трапа. «Господи, какой стыд», – подумал он.

Его сейчас же сняли. Оторванный рукав остался болтаться на обломке стойки.

Застигнутые в своем помещении волной матросы стали выскакивать наверх и со сконфуженными лицами озирались по сторонам.

– Держись, держись, молодцы! – слабо крикнул со своего места командир.

Мичман заглянул в носовой кубрик. Люди вышли оттуда. В углу, на рундуке, растопырив ноги, стоял Джек. Жучка вплавь перебиралась к нему с другого борта. Трюмный старшина проворно спустил воду в таранное отделение и привел в действие водоотливную донку.

– Владимир Николаевич, – позвал мичмана командир, – обойдите помещения и навестите гостя.

Вахтенный начальник еще раз заглянул в кубрик и стал пробираться на корму. Инженер-механик выглянул из люка.

– Ну что? – спросил он.

– Командир не повернет, – лаконически ответил мичман. Срываясь ногами со ступенек, он пустился вниз и заглянул в кают-компанию. Против входной двери был книжный шкаф. Книги и бумаги, сложенные в нем, выбили на качке фанерную дверцу и рассыпались по полу.

Через разбитый при падении стеньги световой люк, в кают-компанию заплескивала вода. Мичман хотел было собрать размокшие книги, но не мог ничего сделать, так как обеими руками должен был держаться за стенки, чтобы не упасть.

Командир «Андрея Первозванного» лежал на диване, зацепившись одной ногой за шкаф и держась рукой за медный козырек под иллюминатором над его головой. При всем этом он казался спящим. Лицо было спокойно.

Глаза закрыты.

Стол с оторванными ножками лежал опрокинутым вверх дном. Иллюминаторы поминутно уходили в воду, и кают-компания погружалась во тьму.

Вахтенный начальник повернул обратно. В уборной что-то страшно сопело. Под трапом он увидел распростертого среди осколков посуды вестового, стонавшего от мучительной икоты.

Чувствуя, что оставаться внизу дольше невозможно, мичман поспешил наверх. Он дошел до кормового помещения и заглянул в него.