Баграмян: От Рядового До Маршала

– Турки, командир, – кричит Арменак.

Справа был переулок, я юркнул туда и приказал, чтобы всадники ускакали.

– Командир, а ты? – орёт Сероб. Он из местных крестьян.

– К Золотарёву, быстро, – кричу я. – Скажите, что турок в деревне. Скачите.

– Командир!

Град пуль снова застрекотали об изгородь, в меня попал кусок оторвавшейся извести. Они кричат «Аллах» и подкрадываются ближе. Я выстрелил и крикнул Серобу.

Описанный И. Х. Баграмяном инцидент должно быть происходил на этом участке Сардарапата.

– Выполнять, выполнять! К Золотарёву. Берегите коней.

Четверо понеслись. Аскяры постреляли им вслед, а я, пользуясь моментом, отскочил в сторону и убежал.

Мовсес Силикян назначен главнокомандующим генерального сражения, которое вот-вот начнётся. Он заканчивает расставлять полки от берегов Аракса до Нахиджевана и он должен знать, что турок уже здесь. Я шёл по тропам обратно и думал: «Гелиболу – это отборная оттоманская дивизия, а ведь задели они только моего коня.

Или, может, Сардарапатская церковь нас защитила?»

Когда дошёл до Золотарёва, узнал, что ему донесли, мол меня наверняка убили либо в плен взяли. А я воскрес и доложил:

– Убить Баграмяна не так-то просто.

Золотарёв только заулыбался:

– Завтра у Сардарапата начинатется грандиозное сражение. Надеюсь, твоя церковь поможет нам еще раз, Ованес.

Звон церковных колоколов – и Пятый полк кавалерии идёт в атаку. Я вижу в бинокль, как от ударов ног сотен скакунов пыль, будто от вьюги, вздымается и кружит, окутывая уходящий на высоту полк смертников.

Турок засел на холмах, и мы должны, просто должны туда подняться. Местность перед ними равнинная, без извилин, как на ладони, озарённая вечерним солнцем. Даже деревьев нет. Скакуны рвутся по чистому полю к холмам, все ближе и ближе, вот ещё немного – и облако дыма вздыбится у самих высот. Но погоди радоваться, Баграмян. У турок пулемёты, и они просто ждут своего момента… Пьют, наверное, кофе или ракы и выжидают с пальцами на спусковых рычагах.

Церковные колокола бьют без остановки уже второй день. Верховный патриарх прогнал партийных делегатов, которые предложили ему оставить собор и отойти в труднодоступные горы. Когда делегаты уезжали обратно с пустыми руками, ударили колокола… Через день по всей не занятой турком Армении начался сумасшедший трезвон всех колоколов всех храмов. Турок думает, что мы пытаемся его этим напугать.