Фараон

– Я вижу, ты действительно благочестивый египтянин, хотя черты лица у тебя хеттские, – ответил досточтимый Херихор и, повернувшись к стоявшим поблизости вельможам, прибавил: – Мы не пойдем дальше по тракту, дабы не растоптать священных жуков. Пентуэр, можно ли этим ущельем, что направо, обойти тракт?

– Можно, – ответил писец министра. – Ущелье тянется на целую милю и выходит снова на тракт почти против самого Пи-Баилоса.

– Потерять столько времени! – негодующе воскликнул наследник.

– Готов поклясться, что это не скарабеи, а духи моих финикийских ростовщиков, – заметил щеголь Тутмос.

 – Они отправились к праотцам и уже не могут потребовать с меня долги, так в наказание заставляют брести через пустыню!..

Свита наследника с беспокойством ожидала решения.

Рамсес обратился к Херихору:

– Что ты об этом думаешь, святой отец?

– Взгляни на офицеров, – ответил жрец, – и ты поймешь, что надо идти ущельем.

Но тут выступил вперед предводитель греков, генерал Патрокл.

– Если сын царя разрешит, – сказал он наследнику, – мой полк пойдет и дальше по тракту.

Наши солдаты не боятся скарабеев.

– Ваши солдаты не боятся даже царских гробниц, – ответил министр. – Однако там, должно быть, не безопасно, ибо ни один из них оттуда не вернулся.

Грек смущенно отступил назад и затерялся в свите.

– Согласись, святой отец, – проговорил шепотом, еле сдерживая свое возмущение, наследник, – что такое препятствие не остановило бы в пути даже осла.

– Но осел никогда не будет фараоном, – спокойно ответил министр.

– В таком случае ты, министр, сам поведешь колонну через ущелье! – воскликнул Рамсес. – Я не сведущ в жреческой стратегии. К тому же мне надо отдохнуть. Пойдем! – обратился он к Тутмосу и повернул к лысым холмам.

Глава II

Досточтимый Херихор тотчас же поручил своему адъютанту, несшему секиру, принять командование сторожевым отрядом вместо Эннаны. Затем приказал, чтобы тяжелые орудия для метания камней свернули с тракта по направлению к ущелью и чтобы греческие солдаты помогали их передвижению в трудных местах.

Колесницы же и носилки офицеров свиты должны были тронуться последними.

Пока Херихор отдавал приказы, адъютант, державший опахало, подошел к писцу Пентуэру и сказал шепотом:

– Теперь уже, видно, никогда нельзя будет ездить этим трактом!..

– Почему?… – возразил молодой жрец. – Но сейчас, когда два священных жука пересекли нам дорогу, не следует идти по ней дальше. Может произойти несчастье.