Фараон

Из ущелья доносился до них гул солдатских голосов и громыхание катящихся баллист. Перед ними простиралась земля Гошен, все еще утопавшая в лучах солнца. Казалось, будто это не земля, а золотистое облако, на котором мечта выткала пейзаж, расцветив его изумрудами, серебром, рубинами, жемчугом и топазами.

Наследник престола протянул руку вперед.

– Смотри, – обратился он к Тутмосу, – там моя земля, а тут моя армия… И вот там самые высокие здания – дворцы жрецов, а здесь жрец командует моими войсками!.

. Можно ли терпеть все это?

– Так всегда было, – ответил Тутмос, боязливо оглядываясь кругом.

– Ложь! Я знаю историю этой страны, скрытую от вас. Военачальниками и высшими правителями страны были всегда только фараоны, по крайней мере наиболее энергичные из них. У этих властителей дни проходили не в жертвоприношениях и молитвах, а в управлении государством.

– Но если такова воля царя… – попробовал вставить Тутмос.

– Воля моего отца вовсе не в том, чтобы номархи правили по своей прихоти, а наместник Эфиопии считался почти равным владыке двух стран.

И не в том, чтобы египетская армия бежала от пары золотых жуков, потому что военный министр у нас – жрец.

– Это прославленный военачальник… – прошептал вконец испуганный Тутмос.

– Какой он военачальник! Не тем ли он славен, что разбил кучку ливийских разбойников, которые удирают при одном виде египетских солдат? А посмотри, как ведут себя наши соседи: иудеи медлят с уплатой дани и платят все меньше и меньше, хитрые финикияне каждый год уводят по нескольку кораблей из нашего флота.

Против хеттов нам приходится держать на востоке огромную армию, а в Вавилоне и Ниневии разгорается движение, которое находит отклик во всей Месопотамии. И вот результаты жреческого управления: у моего прадеда было сто тысяч талантов годового дохода и армия в сто шестьдесят тысяч человек, а у моего отца всего-навсего пятьдесят тысяч талантов и стодвадцатитысячная армия. И что это за армия! Если бы не греческий корпус, который держит ее в порядке, как овчарка овец, египетскими солдатами давно бы уже командовали жрецы, а фараон стал бы только жалким номархом.

– Откуда ты это знаешь? Откуда у тебя такие мысли? – удивился Тутмос.

– Ведь я сам из рода жрецов. И это они учили меня, когда я еще не был наследником престола.