Илья-богатырь

А сила Киева – в единении всех племен и языков в единый монолит, сплавленный верой православной. С теми думами и шел князю служить. Много он про Владимира худого слышал, да ведь не Владимиру служить шел, но князю киевскому: выходило, что кроме как вокруг Киева державу не сложить. Либо будет новая страна и народ в ней новый, либо никакого народа вскорости не станет – всех изведет лютый хазарин да варяги заморские.

Понимал он, что князю он вовсе не нужен! Мало ли кто придет службы княжеской искать… Ни родства, ни свойства у него в Киеве нет.

Калики перехожие, конечно же, рассказали, кто в православной общине помочь Илье может, но сама-то община в Киеве не в большой чести. А монахи хоронились в древних пещерах, в переходах подземных киевских, где их никто достать не мог, а то бы давно на хазарские деньги перерезали бы всех.

Нужна была Илье слава, потому что родством он не вышел и знатных родаков не имел. Слава – вот что выше знатности, слава – вот что человека безвестного сразу всеми знаемым делает.

Долго думал над этим Илья, и в седле качаясь в такт хлынце Бурушки косматенького, и у костров ночных, а пуще всего в молитвах ко святым угодникам и Заступнице Богородице.

– Господи, помоги, Господи, вразуми! Возьми щит заступничества Своего, покрой меня милостью Твоею, ибо не о себе помышляю, но о всем народе православном… – шептал Илья, встречая молитвой рассветы.

Отроки, что шли верст на пять впереди Ильи, вернулись с вестью:

– Дале дороги нет! Разбойник соловый, белоглазый перекрыл.

Поборы самочинно творит и берет пошлины подорожные как ему вздумается. А того ведь разбойника все страшатся, и в такую он силу вошел, что пошлины ему загодя высылают, да и то, расплатившись, никто без опаски не ездит, потому соловый истинно разбойник. Слова не держит, и ежели что из товаров или коней ему приглянется – берет без стыда, а борониться станешь – лютой смертью казнит.

– Что ж он так своевольничает? – удивился Илья. – Аль на него управы нет?

– А какая тут управа? Князь киевский далеко, а хазары сюды, в леса дремучие, не заходят; в полной своей власти пребывает разбойник. Так что силы у нас малые – надо бы места эти округ объехать!

А гридень карачаровский посетовал:

– Надо бы не конно идти, а на стругах по рекам сплавляться! Вот бы и миновали места эти разбойные.

– Как не так! – сказал Илья.