Этот большой мир

…Трактиры, заговоры, шпаги,

Насмешка, первая дуэль,

Друзья, сообщники, бумаги,

Случайный взгляд, любовный хмель,

И ночи на чужом балконе,

И привкус мяты на губах,

Дороги, загнанные кони,

И хохот в винный погребах…

Именинница, прежде чем начать импровизированный концерт, зажгла несколько свечей, вставленных в горлышки бутылок из-под шампанского (одна из них уже почти скрылась под натёками разноцветного воска), и потушила верхний свет. Так что обстановка вполне соответствовала.

…И долгожданная минута —

Благодарение небес! —

Но чей-то личный интерес,

И чья-то ненависть к кому-то

Ведут к расшатыванью трона…

Итак – спасение короны,

Азарт ухода от погони,

Сквозная рана, топот, стоны…

Ленка начала подыгрывать, сначала тихо, потом, уловив ритм, принялась импровизировать смелее, и я отметил, что мне с моими пятью аккордами и двумя баррэ до её уровня владения инструментом как до Луны… на четвереньках.

…Прощанье, холод медальона,

Слова любви, прыжок с балкона…

Последний шанс, последний порох,

Укрытье, клятва, тайный грот,

Засада, перестрелка, промах,

Провал.

Улыбка.

Эшафот…

Я взял последний аккорд и умолк. Ленка, поняв, что стихи закончились, выдала утихающий проигрыш. Несколько секунд в комнате было тихо, после чего гости дружно захлопали. Я заявил что-то вроде «Раз уж я явился с пустыми руками – ну извините, не успел, исправлюсь! – пусть это и будет моим подарком!» И тут же сообразил, что говорить так не следовало, потому что со всех сторон посыпались вопросы: «Ох, а это твои стихи? А есть ещё что-нибудь? Почитай, ну Лёша, пожалуйста, очень просим!» Пришлось сначала уверять, что нет, стихи не мои (по-моему, вышло не слишком убедительно), потом дать клятву, что да, конечно, почитаю, и спою даже, но только когда подберу мелодию – особенно, если именинница поможет.

Благосклонный взгляд в ответ, после чего Ленка подкрутила колки «Кремоны» и запела душещипательную «Дождь смоет все следы». А я забился в угол возле пучка рапир, и оттуда, из относительной безопасности, принялся рассматривать слушателей.

Кроме меня, гостей было семеро. Две девочки мне незнакомы – судя по обмолвкам, они были из спортивной секции, где занималась Лена. Ещё одна из параллельного «А» – я встречал её в школе и запомнил, благодаря ярко-рыжей шевелюре и множеству, ещё больше, чем у поганца Кулябьева, крупных веснушек.