Этот большой мир

Что же, выходит, здесь артели, как и саму модель, решили сохранить? А что, логично – ведь порушил-то её Никита Сергеич, под бурные аплодисменты горячего приверженца идеологической чистоты товарища Суслова…

В ухо мне привычно ткнулся сначала мокрый нос, а потом купленный в соседнем магазинчике резиновый мячик: «чего это ты задумался, хозяин, собаченька заскучала, давай, поиграем!» Я принял из собачьей пасти игрушку – так и есть, уже прогрызен в трёх местах, и больше, чем пару дней не выдержит, придётся искать что-нибудь ещё.

Замахнулся, запустил мячик в коридор. Бритька, спрыгнув с дивана, кубарем поскакала следом. Ретриверы – они такие, дай только чего-нибудь притащить…

Ладно, бог с ними, с глобальными проблемами. Пока мне везёт: и время для некоторой подготовки имеется благодаря родительской командировке, и материальных проблем нет, и даже в школе мои не слишком-то разумные (чего уж там…) выходки имеют шанс обойтись без особых последствий, поскольку никто ещё толком не знает, чего ждать от новичка.

На прежнем месте учёбы наверняка возникли бы вопросы, недоумение, а здесь, пожалуй, что и прокатит…

Итак, в апреле этого 1975-го года мною прожито в роли попаданца уже четыре дня. Возникает разумный вопрос: это надолго? «Нет, ну, как вам сказать… – ответил И.О.О. на вопрос девочки Кати, пуская по глади Останкинского пруда сто двадцать восемь «блинчиков», – на всю жизнь…»

Что ж, на всю, так на всю. Я потрепал Бритьку по загривку и она, не выпустив из пасти мячика, с довольным урчанием перевернулась лапами вверх.

Знаете, что, господа и товарищи, исполняющие особые и все прочие обязанности в этой истории? Пожалуй, мы оба не против…

Конец первой части

Часть вторая

Ступенька в небо

I

– Как вам, надеюсь, известно, первые работы над «космическим батутом» – журналисты называют его «орбитальной катапультой», но мы избегаем использовать этот термин – начались в сорок седьмом году. – говорил Геннадий Борисович. – Тогда по инициативе председателя Специального комитета по использованию ядерной энергии – надеюсь, вы не забыли его имя? – были собраны воедино все материалы, касающиеся аналогичных разработок у американцев, и на их основе была создана особая исследовательская группа.

Некоторое время она работала, так сказать, в тени, осваивая по большей части, полученные данные, пока в пятьдесят четвёртом году не наметился, наконец, прорыв…

Студенты внимали, затаив дыхание.