Краски любви

Самсон не удивился, но не стал выслушивать привычных стенаний Журова, а пригласил его к себе:

– Мы давно не балакали. Приезжай. Тарзан сварит картошечки, примем по рюмахе и кое-что обмозгуем.

Журов, не ожидавший подобного тепла от своего жадного покровителя, уговаривать себя не заставил. Через сорок минут его «восьмерка» дудонила у ворот Гнусняка.

Глава 7

Катя получает работу

Катя проснулась поздно. Отец давно уехал на работу. Девочка нехотя встала, прошлась босиком по квартире. В малюсенькой, совмещенной с туалетом, ванной заглянула в маленькое зеркало и увидела белесый чуб, торчащий над сонными глазами.

В зеркале петербургского дома она могла оглядывать себя целиком и делала это ежедневно. Теперь с этим возникли проблемы. А более всего Катю теперь беспокоили изменения в ее девичьей фигуре. В зеркале московской пятиэтажки за этими изменениями следить оказалось непросто.

Она умылась и проследовала на кухню. На кухонном столе обнаружилась записка, из которой Катя выяснила, где можно взять сосиски и заварку для чая.

Хлеб и молоко отец предлагал Кате купить самой. Для этого рядом с запиской лежали деньги. Денег было раза в три больше, чем требовали покупки, и Катя улыбнулась, подумав об отце с благодарностью. Перед завтраком она долго и изнурительно истязала себя разными упражнениями. Закончив зарядку, приняла душ, напялила джинсы и рубашку и, прихватив пакет, побежала в магазин. В парадном курили мальчишки. Один загородил Кате дорогу. Она попробовала обойти парня, но тот подвинулся и снова встал на ее пути.

– Пусти, болван, – сказала Катя.

– Гляди, а он хамит, – продолжил подросток и пихнул Катю в грудь.

Двое других наблюдали за происходящим молча, но с интересом. Катя мгновенным ударом сшибла подростка и отправилась дальше. Компания не успела опомниться, как она уже вышла из подъезда. Возвращаясь с молоком и хлебом, Катя поняла, что ее ждут. Начинать жизнь в доме с драки не стоило, но выхода не было. Сама решила стать пацаном, а у ребят законы свои.

«Что делать с пакетом?» – быстро промелькнула мысль.

У входа в подъезд теперь стояли все трое. По злым и насупленным лицам мальчишек было нетрудно догадаться об их намерениях.

– Ты чего в нашем доме делаешь? – спросил бритый наголо, приземистый подросток.

Он был ниже всех, но с точки зрения драки и опаснее всех. Катя поняла – начинать надо с него. Парни пошли на нее строем. Правой ногой она легко достала до подбородка приземистого.