Призрак с Вороньего холма. Ужин с аристократом

Затем так же аккуратно сложила в стопку письма горожан.

Укладывая фото и письма, выдвинула ящик до конца и вздрогнула…В глубине хранились доллары. Банковские нераспечатанные пачки лежали небрежно в навал. Лена побледнела. Всю зарплату до копейки Трофим отдавал ей. Откуда у него такое богатство – неужели муж берет взятки!?

Она схватила пачку заокеанских денег и бросилась в спальню. Трофим посапывал, отвернувшись к стенке. Лена наклонилась к постели, дернула его за руку, с силой повернула к себе. Супруг замычал, но не проснулся.

Лена ударила его по щеке. Трофим открыл глаза и ошалело смотрел на покрасневшее от возмущения лицо жены.

– Ты чего, Ленка?

Она ткнула ему под нос доллары:

– Откуда у тебя это?

Он мутным взглядом осмотрел деньги, перевел взгляд на жену:

– Где ты их нашла?

– В твоем столе. Ты берешь взятки? Отвечай, я тебя спрашиваю!

Он сел на постели и долго тер лицо руками:

– При чем тут взятки? Это прибыль от наших акций.

– Каких акций?

– Цементного завода.

Я же тебе говорил, что во время приватизации поменял ваучеры на пять процентов акций. Это наша прибыль…

– Где ты взял столько ваучеров?

– Мака дала.

– А у нее откуда так много?

– Скупила у наших алкашей и поделилась.

– И за это ты позволил ей заграбастать весь цементный завод?

– Почему весь? Половина акций у Коленева. Они с Макой победили на аукционе. Все было по закону.

– При чем тут Олег Николаевич? Он же в Англии!

– Коленев оставил доверенность Маке как своему компаньону.

– И Олег Николаевич в курсе, что его компаньонка скупала ваучеры по дешевке у несчастных пьяниц?

– Этого я не знаю.

– Позвони ему и узнай.

– Не могу.

– Почему?

– Она мне не простит.

– Ты ее так боишься?

– Ленка, я же за тебя боюсь.

– За меня?

– Да, за тебя. Мака страшная женщина. Сама называет себя ведьмой.

– Вот и живи со своей ведьмой.

Лена запустила в него пачку долларов и, открыв шкаф, начала выбрасывать на пол свои вещи.

Трофим поднялся, подошел к жене, растеряно наблюдая за происходящим:

– Что ты делаешь?

– Собираю шмотки и ухожу.

Он упал на колени, схватил подол ее платья и стал его исступленно целовать. Она отвернулась. Трофим обнял ее ноги и теперь покрывал поцелуями их:

– Прости меня, я скотина и трус.

Лена вырвалась, подняла вещи и выбежала из комнаты.

Мака сидела на корточках, гладила своими тонкими пальцами шрамы на груди Олега и смотрела на него немигающим взглядом.