Призрак с Вороньего холма. Ужин с аристократом

– Давайте после негра вместе сфотографируемся, – услышала она красивый баритон возле своего уха и оглянулась. Перед ней стоял тот самый мужчина, с которого рисовали карикатуру. Он и держал в руках свернутый лист ватмана.

Ира нахмурилась:

– Вы так знакомитесь с девушками?

– Как так? – Ответил он вопросом на вопрос.

– Предлагаете себя в качестве украшения?

– Я же красивый мужчина, – ответил он совершенно серьезно и, словно раздумывая, добавил: – Но вас украшать не надо, вы сами обворожительны.

– Не люблю фотографироваться.

Извините.

– Жаль. Я себе уже сделал один подарок, захотелось и второго.

– Этот? – Ира кивнула на свернутый ватман.

– Да. Я сегодня родился.

– Поздравляю.

– Спасибо. Имелась альтернатива – собрать приятелей в ресторане и выслушать много слов о себе любимом. Но мне это показалось скучным, и я решил подарить себе день безделья. Ну, и немного милых сюрпризов.

– Как трогательно. Я должна войти в их число?

– Если вам это обидно, могу спеть вам серенаду. – Не дожидаясь ответа, протянул гитаристу пятьсот рублей одной купюрой и забрал у него гитару.

Ира с интересом пронаблюдала за действиями незнакомого кавалера. Она уважала неординарность мыслей и поступков людей. Тем временем незнакомец провел пальцами по струнам, артистично прокашлялся и действительно запел: “От Севильи до Гренады в темном сумраке ночей раздаются серенады, раздается звон мечей…”.

Прекрасный мягкий баритон никак не вязался с выражением его лица. Оно застыло в маске поющей заводной куклы.

Исполнив всего два куплета, певец вернул гитару хозяину и обратился к ней за отзывом:

– Вам понравилось?

– Вы здорово поете. Почему прервали песню?

Он ей подмигнул:

– Когда хорошего слишком много, оно становится плохим. Не хотите фотографироваться, согласен на другой подарок. Пошли, перекусим. Я знаю тут хорошее кафе с грузинской кухней.

– На это я, пожалуй, согласна, но с одним условием.

– Заранее принимаю.

– Каждый платит за себя.

– На лету подрезаете крылья.

Знаете, какой я богатый?

– Не знаю и знать не хочу. – Ответила Ира: – Где ваше кафе?

Они спустились в маленький подвальчик и уселись в нише. Кафе было оформлено в виде грота. В глубинах каменных стен стояли глиняные кувшины и старинные бутылки. Дневной свет едва проникал в маленькое окошко под потолком, и на каждом столе горел маленький светильник.

– Владимир Ясное солнышко, – представился незнакомец.

– Ира, студентка. У меня тоже сегодня почти праздник.