Провокатор

Почему меня? По какой причине? Почему в охранку? Это надо всё объяснять, чтобы стало ясно, как всё произошло.

– Я хочу вам рассказать… – начал Зубов и увидел в конце зала Павла, который решительным шагом шёл к ним.

– Как хорошо, что ты здесь! – Павел крепко пожал Зубову руку. – На ловца, как говорится, и зверь бежит.

«На какого ловца, какой зверь? – думал Сергей, смущённый внезапным появлением друга. – Что он имеет в виду? Неужели то, что я вновь рядом с Ириной?»

– Ты мне друг? – решительно спросил Павел.

Вопрос смутил Зубова. Ему подумалось, что следом Павел напомнит ему об их недавнем разговоре, во время которого, казалось, уже были расставлены все точки в их взаимоотношениях. Он почувствовал досаду, что Павел имеет полное право думать именно так, застав его с Ириной вдвоём, хотя причина их встречи была совершенно иной.

– Да, – как мог твёрдо ответил Сергей. – Ты же сам знаешь.

– Тогда я тебя так же прямо спрошу, – Павел смотрел ему в глаза, – ты пойдёшь со мной?

Он не сказал, куда, с какой целью, но Зубов всё понял и, не думая ни секунды, твёрдо ответил:

– Да.

– Не пожалеешь?

– Нет.

– Даже если будет очень опасно?

– Я с тобой. До конца.

Павел протянул ему руку. И Зубов с чувством ответил на крепкое рукопожатие друга.

– Другого я от тебя и не ждал.

Зубов стоял в полном смятении от переполнявших его чувств, не зная, что ему теперь говорить, что делать и как быть.

Павел посмотрел на часы.

– Давай так. Завтра приходи сюда к обеду, и мы подробно поговорим обо всём.

А сейчас извини, мы с Ириной должны тебя покинуть. Дела.

Проводив Зубова, Ирина вдруг коснулась руки Павла:

– Он же хотел мне что-то рассказать…

Тот улыбнулся:

– Полагаю, о своей любви.

– Тебе не стыдно?

Павел притянул её к себе:

– Прости, прости…

28. Встреча с Вейцлером

Лица, лица, лица…

Кого тут только нет! Мужчины и женщины. Молодые и старые. Военные и штатские. Красивые и не очень… И все они здесь с одной-единственной целью: себя показать – других посмотреть.

За исключением, по крайней мере, одного человека, который хочет «других посмотреть», но при этом ни в коем случае не показать себя.

Это очень непросто: себя не показать. Это почти искусство, которым владеют далеко не все. Чтобы себя не показать, нужно как можно ближе быть к тем, кто идёт впереди. И в то же время не слишком отрываться от тех, кто идёт сзади. Нужно по возможности сблизить эти группы и оказаться в середине.