Провокатор

Опять тюрьмы будут переполнены либералами, в том числе и читателями библиотеки Михеевой, – он бросил взгляд на собеседника, – ужесточится цензура, усилится полицейский режим, а подготовленный указ об улучшении жизни рабочих будет, естественно, отложен. И мне, честно говоря, очень жаль…

Харлампиев встал.

– Я вам целую лекцию прочёл, Сергей Васильевич. Как вы её воспримете, ваше дело. Но мой вам совет один: не принимайте поспешных решений. И поверьте, я ведь, как и вы, хочу, чтобы жизнь в нашей России-матушке стала лучше.

Полицейский вдруг достал из кармана фотокарточку:

– Никогда не встречали этого господина?

Зубов всмотрелся – лицо на фотографии не было ему знакомо.

– Нет, не встречал.

– Если встретите, имейте в виду: Виртуоз. Преступник, которого мы ищем.

Харлампиев сделал шаг в сторону двери, но остановился и положил на стол пачку кредиток.

– Это вам, чтоб рассчитаться с хозяйкой. Честь имею!

35. Катя и Гордон

Из-за дверей зала раздавались голоса спорящих, среди которых Ирина сразу узнала Катин.

Ирина открыла дверь.

– Извините, господа. Екатерина, на одну минутку, – позвала она подругу.

– Только на минутку, – отреагировал один из оппонентов, – Ирина Александровна, вы прерываете наш спор на самом интересном месте.

– Ещё раз простите, господа!..

Закрыв за Екатериной дверь, Ирина заговорила, понизив голос:

– Я тебя сейчас познакомлю с одним очень интересным человеком, только что из Парижа.

– Конечно, – глаза Кати блеснули, – он, разумеется, мужчина?

– Разумеется, – улыбнулась Ирина, – более того, мне кажется, будет с тобой полностью солидарен в вопросах равноправия женщин.

У Кати округлились глаза.

– Ну, хоть два слова. Кто он?

– Это секрет.

– А как он к тебе попал?

– Случайно. Проездом.

– Ну, Ирка! Ну, ты и хитрюга! – Катя с восхищением взглянула на подругу. – Кто бы мог подумать!

– Так ты согласна?

– Конечно же!

– Тогда пойдём.

– Сейчас? – Катя изобразила на лице ужас.

– Да.

– Подожди хоть минуту! – Она повернулась к зеркалу, лёгкими точными движениями поправила причёску.

– А дискуссия?

Катя пренебрежительно отмахнулась:

– Уверена, они даже не заметят моего отсутствия. Им бы только упиваться собственным красноречием. Мужики называется… Ни на что не способны, кроме бессмысленной говорильни. Знала бы ты, – со вздохом призналась Катя, – как они мне надоели!..