Провокатор

…Подойдя к комнате Гордона, Ирина постучала:

– Можно?

– Войдите, – последовал ответ.

– Иди! – подтолкнула Ирина Катю и прикрыла за ней дверь.

Женщина шагнула через порог и… замерла. Комната была пуста. И тут же чьи-то сильные руки скользнули по её груди, животу, бёдрам… Она рванулась, но тщетно.

– Тихо! – в самое ухо сказал стоящий сзади. И тут же те же руки, взяв её за плечи, развернули лицом к незнакомцу. Ошеломлённая Катя попыталась вырваться:

– Пустите же, наконец! Что за глупые шутки?! Я…

– Это не шутки, – ледяным тоном перебил её незнакомец, – это меры предосторожности, которые я вынужден соблюдать даже в доме близких людей.

В облике незнакомца было что-то демоническое: горящие глаза, взлохмаченные волосы, сурово сдвинутые брови.

– Кто вы? – прошептала Катя, понимая, что ей не вырваться из этих рук, сжимающих её плечи.

– Палач, – последовал ответ.

Это было неправдоподобно и так неожиданно, здесь, в доме её подруги, что к Кате вернулась её обычная смелость:

– И много вы… казнили? – не без насмешки поинтересовалась она.

– Много, – совершенно серьёзно ответил незнакомец. – О некоторых вы, возможно, слышали. Киевский губернатор, товарищ министра внутренних дел, прокурор Петербурга и многие другие. Это всё я.

Катя поняла, что он говорит правду. Ей стало страшно. Она впервые так близко столкнулась с настоящим убийцей, более того, оказалась в его руках, парализованная исходившей от него невероятной силой.

– Почему… – она с трудом произнесла фразу, – вы этим занимаетесь?

– Кто-то должен делать эту работу.

– Это работа?

– Да, очень сложная и опасная. Ведь тех, кого я вам назвал, хорошо охраняли. Меня могли много раз убить. Но, как видите, я жив, потому что умею очень хорошо делать свою работу.

Он наконец опустил свои руки. Катя была свободна и могла попытаться уйти, убежать, но не сдвинулась с места, словно всё ещё ощущала на своих плечах властную тяжесть его рук. «Интересный тип, – мелькнуло в голове.

– И что же даёт вам эта работа? – наконец поинтересовалась она.

Незнакомец в первый раз ухмыльнулся.

– Если вы имеете в виду деньги, то они меня не интересуют, хотя, не скрою, я богат. Если известность и славу, то, кроме узкого круга лиц, я хорошо известен в полициях почти всех стран Европы. Моя голова оценивается в очень приличную сумму.