Острова желаний

– С этими словами Виктор первым встал из-за стола, достал из куртки кожаный бумажник и вынул из него две банкноты по двадцать франков с аверсом Клода Дебюсси, подсунул их под кофейное блюдце и взмахом руки привлек внимание приятной во всех отношениях хозяйки кафе, улыбнулся и движением головы показал на оставленный на столе расчет. Попрощавшись с обходительной француженкой, мужчины вышли на улицу, где их ждал все тот же пасмурный день, рассыпавший по Парижу и его окрестностям мелкий нудный дождь.

Друзья плотней застегнули куртки, и ускорили шаг в направлении остановки общественного транспорта. Постояв немного под небольшим навесом, мужчины дождались рейсовых автобусов и, пожав друг другу руки, разъехались каждый по своему проверочному маршруту.

* * *

Глава VI

Площадь Пигаль, любимое место коротких радостей солдат Первой мировой, встретила Влада своей особой неповторимостью. Впрочем, в Париже неповторимы все улицы, площади и населяющие их памятники, а также знаменитые клошары.

Это место могло считаться вполне уютным и даже романтическим районом, если бы площадь и прилегающие к ней улочки не служили в темное время суток совсем другим целям. Под сенью деревьев выстроились в ряд многочисленные рестораны, кафешантаны, бистро и бары, возникшие здесь для того, чтобы утолить естественную человеческую потребность к чревоугодию, а вот городской туалет на бульваре Клиши, предназначенный для ещё одной общественной потребности. И, наконец, если заглянуть за уголок и пройтись на выбор по одной из нескольких выбегающих на площадь улиц, скажем бульвару Клиши или проспекту Фрошо, то легко можно обнаружить манящие заведения с милым общим названием brothels, предназначенные для воплощения самых воспалённых сексуальных фантазий и услад.

Вряд ли незаурядный скульптор и архитектор Жан Баптист Пигаль оказался бы рад такой сомнительной популярности площади его имени.

Зайдя в условленное для встречи ещё в Москве кафе с незатейливым названием "Omnibus», Влад был приятно удивлен звучащей из динамиков исторической песней "Place Pigalle", в исполнении проникновенного Мориса Шевалье.

Оглянувшись, он прошел вглубь помещения и произвольно занял столик так, чтобы контролировать вход в кафе, которое по случаю обеденного часа было заполнено уже больше чем наполовину.

Появление гарсона совпало с приходом двух мужчин, одним из которых был уже знакомый ему по Москве Алекс.