Варяся и разрушитель миров

Монета размылась, и её мелькание превратилось в бесконечный шлейф золотого цвета, который вырисовывал в воздухе восьмёрку.

– Семь. Поезд трогается с небольшим рывком. До вас доходят звуки сцепок, удерживающих вагоны в едином целом.

Ощутив всем телом этот толчок трогающегося поезда, сёстры невольно вздрогнули. Разноцветные звезды стали удаляться от них, как будто они не успевали за уходящим поездом.

– Восемь. Поезд плавно встал на ход, и платформа за окном поплыла вдаль. Как будто это не поезд едет, а платформа удаляется от вас.

Девочки уже были всем своим сознанием в этом вагоне, и голос Брони звучал из радио, висящего над окном. Затем радио повторяло его слова, но уже дуэтом сестёр.

– Девять. Стук колёс вас успокаивает. Вы мысленно начинаете считать их. Раз-два-три…

Поезд, проезжая стыки рельсов, пел – тудум-тудум, тудум-тудум… Девочки про себя считали. Тудум-тудум – раз. Тудум-тудум – два. Тудум-тудум – три… Тудум-тудум – девять. Тудум-тудум.

– Десять, – послышался голос Брони из радио.

 – Поезд медленно останавливается. Вы встаёте и выходите из него. Осматриваетесь вокруг. Кроме небольшого участка платформы, ничего нет. Вокруг пустота, но она не пугает вас.

Девочки стояли на островке платформы. Поезд дал гудок и, брякнув сцепками, медленно тронулся в пустоту. Через несколько мгновений и его не было. Только островок платформы и они, стоящие на ней. Некоторое время ничего не происходило, но вдруг вдалеке в темноте показались две точки. Они стремительно приближались.

– Я знаю, что я сплю, – раздался голос в пустоте.

 – Я понимаю, что всё это сон. Я помню, что я – это я. Я есть. И там, и тут.

Точки стали уже не точками, а вполне различимыми фигурами. Девочки различали очертания двух больших птиц, которые приближались к ним. Ещё чуть ближе, и уже было видно, как после каждого взмаха крыльев за ними оставался след серебристой пыльцы, которая медленно растворялась в темноте. Ещё пару мгновений, и птицы на секунду зависли над сёстрами и начали плавно спускаться, распыляя вокруг себя серебристую пыльцу.

Если их описать, то похожи они были, скорее всего, на больших фазанов, только хвост был невероятной длинны и лапы пушистые. Их оперение переливалось разными оттенками. От ярко-золотистого до тёмно-фиолетового. Мерцание цветов завораживало и успокаивало. Не оставалось ни одного повода для паники или беспокойства. Птицы-спутники посмотрели на девочек, как будто ожидая чего-то.

– Я знаю, что я сплю. Я понимаю, что всё это сон.