Наследник своенравной магии

Ты должен научиться пользоваться плакатом.

На самом деле Оуэйн восхищал его. Несмотря на то что его душе уже двести двадцать с чем-то там лет, Оуэйн все равно вел себя как мальчик. Он умер, когда ему было двенадцать, и именно этот возраст – двенадцать – отпечатался на его сердце. Возможно, недостаток зрелости можно объяснить тем, что он так долго был один, лишенный социального и семейного взаимодействия, которое помогло бы ему повзрослеть. Возможно, взросление – это дело тела, а не души.

Руки Мерритта замедлились.

– Лучше научись побыстрее. И будь поосторожнее, пока бегаешь по острову. Не знаю, насколько близко я должен быть, чтобы услышать тебя.

Оуэйн вывернулся из-под пальцев Мерритта и наклонил свою пушистую голову набок. «Что ты имеешь в виду?»

Беспокойство царапнуло желудок Мерритта.

– Просто будь осторожен.

Оуэйн прижался носом к его колену и фыркнул. Мерритт вздохнул.

– Ты больше не дом, Оуэйн, – он провел ладонью по его голове. – Собаки… собаки не живут так долго, как люди.

Оуэйн отстранился, заскулил. Прошел по кругу по часовой стрелке, потом против часовой. «Я об этом не думал».

– Ну, – Мерритт прочистил горло, когда его голос сорвался. Еще больше общения без перерыва и вовсе лишит его голоса. Снова. Это ему тогда понадобится плакат. – Я не знаю. Этому – твоему – телу может быть всего год. А может, и десять, хотя выглядишь ты довольно проворным.

Оуэйн подошел к плакату и наступил лапой на знак вопроса в нижнем углу.

Мерритт выставил руки вперед, ладонями вверх, неуверенный.

– Собаки живут лет шесть, семь… Может, немного дольше, с хорошим уходом.

Его уши поникли.

– Я не хотел тебя огорчать этой новостью, – голос Мерритта стал тише, но на этот раз не из-за магии. – Но я хочу, чтобы ты понимал, что теперь смертен. Это обмен. Бессмертие в облике дома на свободу в облике собаки.

Оуэйн снова посмотрел в окно, всего на несколько секунд.

О, как же глубоко эти слова отзывались в нем самом. Я тоже не выбирал. Ничего этого. Но он просто кивнул.

– А выбрал бы, будь у тебя возможность?

Оуэйн думал над этим всего мгновение. «Да. Мне нравится чувствовать. Мне нравится быть рядом с тобой. Даже когда тебя нет, это больше не так… одиноко. Мое сердце стучит, составляя мне компанию».

Мерритт замер, услышав его ответ. Одиноко.