Наследник своенравной магии

Оуэйн был один очень долгое время. Мерритт отчетливо помнил угрюмость Уимбрел Хауса, когда он только сюда въехал. Крысы, падающие с потолка, и стены туалета, которые пытались насадить его на шампуры, – вполне себе действия бунтующего подростка. И все же больше не казалось, что Оуэйна тяготят его десятилетия одиночества.

Может, он это скрывает, совсем как ты.

Мерритт не обратил внимания на эту шальную мысль. Положив локти на колени и сцепив руки, он спросил:

– Как ты так хорошо справляешься?

Золотые глаза Оуэйна поймали его взгляд, и пес проворчал: «Хмм?»

– С темнотой, – пробормотал Мерритт, затем встряхнулся.

 – В смысле… ты, очевидно, был расстроен, когда Хюльда и я тебя нашли. Теперь ты выглядишь гораздо веселее. Как будто все в порядке.

Оуэйн моргнул. Он ответил не сразу. Посмотрел в сторону. «Зачем мне грустить, когда так много хорошего?»

Плечи Мерритта поникли.

– И правда, зачем. – Он мог бы подчеркнуть, что Оуэйн, человек, был заперт в теле собаки. Что его семья давно мертва. Что ему причинил вред психованный некромант.

Что он был безграмотен и не мог поговорить напрямую ни с кем, кроме Мерритта. Но делать это казалось жестоким.

«Зачем мне грустить, когда так много хорошего?» Такой простой ответ, и Мерритту хотелось за него держаться. Все правда хорошо. Он теперь домовладелец. У него есть друзья. У него есть Хюльда. У него новая книга выходит в следующем году!

И ему нужно поехать в Кэттлкорн.

В животе кольнуло, и он прижал к нему руку. У него же не развилась еще одна язва, правда?

Стук в дверь пробился сквозь его раздумья.

Дверь была открыта, так что ему не нужно было приглашать Бет войти. В руках у нее была метелка для пыли.

– Не возражаете, если я приберусь? – спросила она, и ее взгляд тут же упал на тарелки, которые Мерритт оставил на столе.

– О. Вовсе нет. – Он развернулся и собрал со стола бумаги, которые получил в Бостоне, проводив вчера Хюльду до БИХОКа. Теперь, когда ничего в работе у него не было, он подумывал снова заняться журналистикой.

Написать пару статей и продать их местным газетам. Поэтому он собрал контактные данные редакторов, а также тарифы оплаты и интересующие их темы.

«А как же практика магии!» – воскликнул Оуэйн.

– Мне все равно нужно ехать в Бостон, – отозвался Мерритт, это был достойный ответ для обеих слушающих сторон. Повернувшись к Оуэйну, он спросил:

– Хочешь со мной?

К его удивлению, пес стушевался. Покачал головой, прежде чем сказать: «Мне нужно облегчиться».