Cудьба и долг

Буше принял лошадей и повёл их в конюшню, а Шаньи и Бриан, вошли вовнутрь.

Шаньи, уверенно, как человек, который неоднократно бывал здесь, миновав общий зал, направился к одному из столов, отделённому от других деревянными перегородками, что было очень удобно для тех, кто не хотел привлекать к себе лишнего внимания.

Бриан, торопливо шёл вслед за ним.

Войдя в нишу, Бриан тихонько сказал:

– Я видел в зале одного из людей Перруджи, капитана Рисобаля.

– Да, я тоже его заметил, – так же тихо ответил де Шаньи.

Не успели они сесть на стулья, сложив шляпы и оружие на предусмотрительно стоявшую здесь же скамью, как на пороге нишы появился хозяин заведения, который сразу признал в новых посетителях состоятельных клиентов, по крайней мере, в одном из них, и решил первое знакомство провести с ними лично, не доверяя прислуге.

Несмотря на то, что в таверне было довольно многолюдно, нишы пустовали, так как хозяин, держал их только для таких вот, богатых и знатных сеньоров.

Хозяин таверны, здоровенный и тучный грек, заросший до самых глаз чёрной бородой, поклонился и…вопрос застыл у него на губах, потому что, судя по всему, он узнал Шаньи.

– Привет, Андреас, как поживаешь, как идут дела? – первым обратился к хозяину граф, и видя, что тот всё ещё не пришёл в себя, продолжил, – Принеси-ка ты нам, своего лучшего вина, да поесть, и приготовь нам комнаты, мы остановимся у тебя, думаю, на неделю.

И небрежным жестом, граф бросил на стол, испанский золотой дублон.

Хозяин таверны поспешно накрыл монету рукой, вновь поклонился и быстро вышел.

Бриан с любопытством понаблюдав за этой сценой, спросил:

– Вы планируете задержаться в Палермо?

– Пару лет назад я приезжал в Палермо. Тогда, мне надо было незаметно скрыться, и я воспользовался услугами этого Андреаса, щедро заплатив ему за помощь. А сейчас? Не знаю. Люди со временем меняются. И если наш милейший хозяин захочет продать нас, то пускай думают, что мы будем гостить в этой таверне. А мы, тем временем, подкрепимся, уладим свои дела, и прощай Палермо.

В нишу, неся бутылки с вином и кружки, вошла девушка, как показалось де Бриану, очень хорошенькая девушка. Она мило улыбнулась, поставила на стол бутылки и кружки, для этого ей пришлось наклониться, и её полная, налитая грудь, волнующе заколыхалась. Александр судорожно сглотнул, и смотрел ей вслед, как она удалялась, плавно и возбуждающе покачивая своими широкими бёдрами.

Шаньи, веселясь, наблюдал за молодым бароном.