Персональный ад

Карина и сама вскрикнула, когда сильнейшая боль отозвалась в ногах. Затем все резко стихло, и ее поглотила абсолютная тьма…

***

Карина очнулась под вечер. В комнате царили полумрак и тишина. В нос ударил специфический запах. В нем было что-то знакомое, но что именно растерянный ребенок никак не мог понять. Девочка захотела встать и осмотреться, но тело, оказавшееся вдруг неимоверно тяжелым, не послушалось. Даже голову повернуть не хватило сил. Растерянность сменилась тревогой. Тусклое освещение едва разгоняло темноту.

«Мамочка.... Где я? Что со мной?» – пронеслось в сознании Карины.

Ее последнее воспоминание: она сидит с мамой в машине, ждет отца, а потом сильный удар сзади и темнота…

И тут Карина поняла, откуда он ей знаком.

«Так пахнут лекарства!» – осенило ее; она в больнице из-за аварии, в которую они с мамой попали.

Карина попыталась позвать на помощь, однако слова застревали в горле. От беспомощности девочка тихонько заплакала. Две соленые капли скатились по щекам, оставив на коже блестящие дорожки.

Еще чуть-чуть и у ребенка началась бы истерика, но в последний момент в голове прозвучал строгий голос Елены Владимировны, тренера по гимнастики: «Чемпионы не сдаются!» – ее коронное выражение на все случаи жизни.

И девочка, шмыгнув носом, попыталась взять себя в руки и успокоиться.

«Чемпионы не сдаются», – словно мантру повторяла Карина любимую фразу тренера, и после долгих и упорных попыток пошевелиться, ей удалось чуть наклонить голову влево.

К тому времени глаза полностью освоились в темноте, и девочка смогла рассмотреть темный силуэт мужчины, спящего в кровати напротив.

«Мамочка…» – только и смогла подумать Карина.

Стало страшно. Вновь потекли слезы. И только присмотревшись повнимательнее, она узнала в незнакомце задремавшего отца.

«Вот я дура! Это же папка! – радостно прошептала девочка, не желая будить отца. – А я тут уже понапридумывала…».

Убедившись, что она не одна, Карина немного успокоилась. Ее папа специально находился рядом, чтобы она не волновалась.

«Ничего, – решила для себя Карина, – вот папка проснется, и я ему обо всем обязательно расскажу. Вместе посмеемся. А потом он заберет меня домой к маме…».

Бодрствовала девочка недолго. Организм еще не полностью отошел от действия анестезии. К тому же пережитое короткое потрясение отняли остаток сил. Веки сделались тяжелыми и постоянно слипались.