Три дня на перекрёстке

Перебирая варианты спасения, Иван не заметил, как на его этаже вновь остановился лифт. И только, когда створки дверей лифта разъехались, и из них вышла девушка, он сообразил, что надо спрятаться, но не успел. Девушка повернула голову в сторону окна, увидела Ивана, но почему-то, нисколько не удивившись незнакомцу на своём этаже, спокойно спросила: «Вы к Арсену? Он переехал, на Таганку».

Иван, лихорадочно соображая, «почему он к Асену», пробормотал что-то не членораздельное и покраснел. Девушка, продолжая невозмутимый монолог, приблизилась к Ивану и, достав из красной сумочки небольшой блокнот и матовую, металлическую ручку, открыла блокнот и на первом попавшемся свободном листе, щёлкнув ручкой, начала что-то писать.

– Вот, телефон Арсена, на Таганке, – протянула она Ване неровно вырванный лист.

– Без кода, – некстати прошептал Иван, беря кривую бумажку.

– Что? – взгляд девушки упал на велосипед, – это Арсен вам заказал? Какой же гад! Всё-таки обставил меня с подарком на папин юбилей!

Иван промолчал, предлагая самоуверенной девице продолжать говорить.

– Я перекуплю у вас велосипед, сколько он вам платит? Я дам в два раза больше.

Иван, увидев, что его тактика невразумительного бубнежа работает, опять промычал что-то неразборчивое. Девушка отвела глаза от велосипеда и, глухо взвизгнув молнией внутри сумки, достала пачку денег.

– Здесь 200 рублей, это задаток. Скажите всю сумму, я достану, – она подала Ивану связку 10 рублёвок, – берите.

Иван, наконец, придя в себя от всех странностей этого вечера, понял, что это шанс и, улыбнувшись, ответил: «Хорошо, но может, не будем обсуждать дела в коридоре?»

– Ой, вы правы, зайдём в квартиру, – девушка беспечно кинула деньги обратно в сумку, улыбнулась, и направилась к распахнутым дверям приквартирного тамбура.

Миновав их, повернула направо. Через мгновение, Иван услышал лязг открывающихся замков.

Не дожидаясь дополнительного приглашения, Иван выкатил велосипед из укрытия и поспешил следом за гостеприимной незнакомкой. Дверь квартиры в правом торце тамбура была откинута внутрь, и Иван увидел знакомый с детства советский, «бабушкин» интерьер.

Жёлтый свет блёклой круглой одноламповой люстры, надрывно падал с потолка на деревянную вагонку стен. Иван зашёл в квартиру, прислонил велосипед к правой стене и закрыл за собою дверь.

– Я на кухне! Оставьте велосипед в прихожей! – выкрикнула незнакомка.

Иван скинул рюкзак, снял ветровку, повесил её во встроенный шкаф, разулся и прошёл на кухню.