Багдадский вор

– Вай дод! У него ещё и глаза голубые?! О недоношенный щенок чёрной пустынной лисы, я в последний раз тебя спрашиваю: кого ты мне притащил? Кожа белая, как брюхо у лягушки; плечи широкие, как у бурого медведя; пальцы тонкие, как у продажной женщины; глаза голубые, как… О, храни аллах, какой урод!!!

– Там, где я его брал, все такие страшные…

Вот тут уж господин Оболенский не сдержался. Во-первых, он решительно открыл глаза и огромным усилием воли сел. Голова сразу закружилась, но он не позволил себе даже малейшего проявления слабости.

Во-вторых, Лев набрал полную грудь воздуха, чтобы обрушиться на грубиянов, но не успел. Он неожиданно поймал себя на том, что смотрит сквозь чёрного гиганта, словно бы тот был не из плоти и крови, а из закопчённого стекла.

– Господи Иисусе… – изумлённо сорвалось с его губ.

– Ва-а-х… – на почти истерическом писке выдавил старый, как карагач, дедок в застиранном халате и драной чалме. – Так он ещё и неверный! Христианин! О жёлтые почки протухшего верблюда, ты что, не мог найти кого-нибудь в мусульманском мире?! Сейчас же отнеси его обратно!

– Это второе желание? – уточнил джинн.

 – Тогда слушаю и…

– Не-е-е-т!!! – быстро опомнился старик, обеими руками цепко схватив Оболенского за ухо. – Он – мой! Я передумал! Вай… позор на мою седую голову… Как я могу подготовить себе достойную замену и навек отрешиться от дел, посвятив помыслы Аллаху, если бестолковый джинн приволок мне такое чудовище…

– А… вы о ком это? – Праведный гнев Льва мгновенно улетучился, сменившись скорее жадным любопытством, усугубившимся тем, что в голове у него было абсолютно пусто.

И пусто, к сожалению, в самом страшном смысле этого слова…

– Вай мэ… – безнадёжно махнул рукой словоохотливый владелец чалмы. – Куда деваться, приходится брать, что дают… Скажи мне своё имя, о страшнейший и уродливейший из всех юношей Багдада!

– Не помню… – неожиданно для самого себя выдал наш герой.

– Как так не помнишь?!

– Так… не помню.

И ухо моё отпустите, пожалуйста.

– Кто ты такой? Кто были твои родители? Чем ты занимаешься, какому ремеслу обучен? Откуда родом?

– Не знаю. Не помню. Понятия не имею, – честно отвечал Лев, а старичка, похоже, вот-вот должен был хватить сердечный приступ.

– Ходил ли в медресе? Читал Коран? Чтишь ли Аллаха, всемилостивейшего и всемогущего?!

– Хозяин, он же христианин… – тихо вмешался Бабудай-Ага, но тут же получил своё.