Возвращение оборотней

Следующим этапом был показ «забавных» фокусов, при этом биоробот не переставая кривлялся, корчил рожи, строил из себя дурака и разыгрывал перед нами разные сценки в лицах. Например, как будто разговаривая с бортовым компьютером, вдруг споткнулся и ушиб пятку, смешно подпрыгивая на одной ножке.

Потом он все-таки додумался нас развязать и продолжил ломать комедию. Юмор туповатый, но парень старался изо всех сил. И это робот без сердца?! Какой же он все-таки добрый, наш славный Стив…

– Слушай, ты уверен, что у тебя вынули сердце? – отдышавшись от слез, спросил командор, пытаясь выдавить улыбку.

– Да, – уверенно кивнул Стив, – правда, я был без сознания, но у меня возникли подозрения, я поделился ими с агентом 013, и он проверил.

– Не доверяй ему, он в робототехнике ни в зуб ногой! – тихо шепнула я.

– Не думай, что я не слышу, деточка, – грозно отозвался Пушок из-под кресла, которое обнимал за ножку, жалуясь ей же на жизнь.

– Не сомневайся, Алина, сердца у него нет, – подтвердил мой муж, ну ему-то я верю во всем.

 – Что тут смешного? Эй, да ты же улыбаешься?!

– Минуточку, что значит – я улыбаюсь? Правда?! Получается, что я каким-то образом не заразилась, а рыдала, исключительно поддавшись общей атмосфере, созданной котом и Алексом.

– Значит, не все люди подвержены этому вирусу?! Ура! Мир спасен! Такие уникумы, как я, не заболевшие, удержат остальных от безумия! – Воодушевленно воскликнув, я вскочила на ноги. Но кот мрачно покачал головой:

– Вынужден разочаровать тебя, деточка.

Причина в особенностях твоей крови. У тебя есть антитела, появившиеся в результате укуса Лощеной Спины, твоя кровь модифицирована. Да, ты особенная. Но все остальные твари божьи, к сожалению, по-прежнему в опасности, если их не кусал когда-нибудь этот монстр, что маловероятно.

К сожалению, шутки Стива не принесли ощутимого результата, а у кота даже вызвали новый приступ депрессии. Начитанный Профессор был любителем тонкого интеллектуального юмора, а все шутки нашего друга биоробота сводились к «внезапным» падениям и потираниям «ушибленной» попы.

Я уже отчаялась чем-то помочь, как вдруг что-то неуловимо изменилось…

Смену настроения Алекса я почувствовала. Наш Пушок незаметно стал недоволен жизнью в своей обычной дозе, хотя только мы с Алексом знали, что он практически счастлив. Слезы высохли, усы расправились, хвост задрался трубой, а ныть наш умник будет при любом стечении обстоятельств.