Операция «Пальма-два», или Большое плавание рыбаков

Американские разведчики и политики сделали не только сугубо профессиональные выводы по окончании советской секретной операции «Пальма Один», что составило, как уже было сказано, их неоценимый интеллектуальный багаж, но достигли и кое-чего более прагматичного: некоторые из них свершили эффективный карьерный прыжок в будущее. И всё рыба! Большая мудрая рыба, которую даже не спросили, хочет ли она быть отправленной в живом виде в Париж, или ей все же лучше остаться в Оби и продолжать метать икру и лениво разрезать свинцовую воду своим острым носом.

Не спросили не только потому, что рыбы, как известно, немы, и их вообще ни о чем никогда не спрашивают, но и потому, что в Большой Политике вообще не принято интересоваться у кого-либо, нравится ли ему быть съеденным сразу или сначала все же оказаться плененным и лишь потом – расчаленным на мелкие куски.

То, что в дальнейшем произошло со многими героями Большой Рыбалки (составной части Большой Политики), многим, наверное, показалось бы новой, самостоятельной историей, и лишь единицы, склонные к тонкому размышлению и анализу, поймут, что, как инверсионный след за гигантской рыбой никогда бы не появился без ее сигарообразного, мощного туловища, так и последующие события никогда бы не случились без тех, что остались в далеком прошлом, почти на излете слякотных, подмерзавших шестидесятых.

Глава 1

С тех пор минуло двадцать четыре года. Кто знает, сколько воды утекло по руслам Оби и Енисея, или даже Сены! Младенец, родившийся в минуту, когда на сцену городского Дворца Культуры выкатили гигантскую рыбину, успел за это время нахватать двоек в средней школе, отслужить срочную службу в армии и закончить один из многочисленных факультетов местного университета.

А кто-то, быть может, постарше, уже обзавелся семьей, развелся, заново женился. Девушки середины 1960-х стали зрелыми женщинами, зрелые женщины – бабушками, а бабушки переместились из своих временных квартир в вечные, тесные и душные. Словом, жизнь катилась в привычном фарватере, то заходя на глубину, то срываясь еще дальше вниз, то загорая под солнышком на мели.

Все участники тех далеких событий давно покинули родной Томск. Он оставался для них лишь «малой» родиной и посещался ими изредка во время отпусков или случайных командировок.

Саша Власин, теперь уже полковник, с незапамятных времен жил с женой в Париже, неся секретную службу на благо отечеству в одном из советских загранучреждений.